Попал-не пропал

Высадил меня ИскИн в лесу на небольшой полянке, километрах в трех от этой самой дороги, высадил и тут же стартовал обратно, хотя, скорее всего, если ИР не дурак, а он не дурак, это точно, то отлетел флайер километров на двадцать в лес, да и схоронился где-нибудь до ночи. Но, это уже не мое дело. До дороги, благо, куда идти я знал, добрался я быстро — тропок и тропинок тут оказалось не просто много, а очень много. А вот дальше не пошел. Вспомнил свою армейскую юность, да и в Базах много чего на эту тему было, организовал себе лежку, буквально в сотне метров от дороги и затаился.

Целый день наблюдал за дорогой, а она оказалась довольно оживленной, приглядывался и запоминал, кто во что одет, кто как себя ведет, в общем, смотрел и мотал на ус. Почти до самой ночи наблюдал, потом отошел в лес метров на пятьсот, перекусил, завернулся в плащ и уснул под кустом сном праведника. Проснулся, как говорится, с первыми лучами солнца. Опять перекусил, что пищевой синтезатор на базе дал и принялся «колдовать» — подгонять свой костюм под веяния местной моды. За образец взял итальянских brigante шестнадцатого-семнадцатого века, с местным колоритом, конечно, куда же деваться. Куртка превратилась в белую рубаху с завязками на груди и широченными рукавами, про манжеты тоже не забыл, все по классику — кружевные. Со штанами тоже долго не мудрил, старые советские фильмы еще свежи в памяти — простые, черные, прямые, слегка широковатые, с кожаными вставками. Полуботинки превратились в ботфорты темно-коричневого цвета, а капюшон стал широкополой шляпой, я даже перо на ней изобразил. Пояс, на поясе кинжал, кобура с игольником и кошелек с десятком медных и парой серебряных монет. Через плечо перекинута перевязь с тяжелой, ха, двадцати тысячелетней шпагой, снятой мной лично с мумии какого-то несчастного. Для полного антуража накинул и плащ, да и про перчатки не забыл, хотя и понимал, что днем в таком прикиде окажусь как в духовке, но… понты наше все. Кс тати, с последним я ошибся, даже в полдень, когда местное Солнышко немилосердно палило, под плащом было довольно свежо, да и руки никакого дискомфорта не испытывали. По идее, такой мой вид не сильно отличался от местных, в то же время всем становилось сразу ясно-понятно, не дворянин, не аристократ, но и не купчишка или селянин.