Попала, или Кто кого (СИ)

Я же должна была вернуться не раньше, чем завтра, чего бы не поскакать еще на мужике, да, Светлана? В конце концов, когда еще выпадет такая возможность, надо было все успеть, — горько усмехается она.

— Это не то, что ты думаешь.

— Рот закрой. И не реви, противно на это смотреть.

— Я не ночевала ни с каким мужиком! Я устроилась на работу еще с прошлой недели.

— На какую работу?! Шлюха — это не работа, Света. Это просто твое призвание."

"— Хватит! — отталкиваю ее в плечо и вскакиваю с дивана. — Надоело одно и то же слушать с детства.

Я не шлюха. Не шлюха! Не шлюха! — истерично повторяю я, борясь с собственными слезами. — Я устроилась в больницу медсестрой. В субботу были мои первые рабочие сутки, во вторник — вторые. Вчера вечером у меня сел телефон, а зарядку я забыла из-за того, что вчера впервые в жизни проспала. Да, и такое со мной бывает. Я работала, бабушка, а не то, что ты постоянно представляешь в своих больных фантазиях. Ты можешь все проверить, только сходив на отделение.

— А цветы и вот это ты сама себе купила на мои деньги?! — поднимает с пола непонятно откуда взявшегося медведя и кидает в меня.

— Нет, не сама. Мне их подарили. Твои деньги лежат на месте.

— Ты совсем меня за дуру принимаешь?! Предположим, про работу это все правда, а то, что у тебя засосы на шее и мужика ты сюда водила — это ты как объяснишь?!

— Никак. Я не обязана никому и ничего объяснять! — не знаю откуда у меня берутся силы это сказать. — И даже, если меня поцеловали и подарили игрушку… это не делает меня шлюхой.

А в принципе думай, что тебе угодно. Что бы я ни делала и как себя ни вела, я все равно для тебя самая плохая. Нет, не так, самая плохая шлюха. Надоело!

— Это тебе надоело?

— Да, надоело! Нормальные бабушки даже за проступки не бьют и не таскают за волосы своих внуков, — смахивая слезы, твердо произношу я. — Меньше чем через месяц, как только получу первую зарплату, я отсюда съеду. Надо было давно попробовать начать жить отдельно, но лучше поздно, чем никогда.

— Даже так? — скептически интересуется бабушка, не прекращая истерически смеяться.

— Только так.

— Нет, дорогая моя. Так не будет, — зло произносит она, качая головой. — Хочется самостоятельной жизни, значит пошла вон отсюда прямо сейчас.

— Уйду… через месяц.

— Я сказала вон! — дергает меня со всей силы за руку и подталкивает в спину. — Условия она мне здесь будет ставить, вся в мать, сколько ни выбивай дурость.

— Не трогай меня! — толкаю ее в ответ, не контролируя силы.