Попала, или Кто кого (СИ)

— Ну и славненько, — быстро меняется в лице девушка, кажется, даже порозовела от счастья. — Журнальчик и важные записочки все здесь. Ладно, я тогда побежала."

"— Новенькая значит? — скептически произносит Кирилл Александрович, в очередной раз осматривая меня с ног до головы. При этом я готова поклясться, что он сейчас улыбнется. Да, точно, именно это он и делает, судя по уголкам губ. — Ну замечательно, что я еще могу сказать, — потирая ладони, с улыбкой произносит он. — Просто замечательно. Тогда за работу, Светик, ее ой как много.

— Доброе утро, Кирилл Александрович, — подает голос женщина лет шестидесяти, в руках которой уборочный инвентарь.

— Ну это как сказать. Когда утро начинается с дерьма, это явно не к деньгам. Это Светлана Васильевна, наша новая медсестра, — представляет меня санитарке, при этом становится позади меня и кладет на мои плечи свои крупные ладони, слегка сжимая их. — А это Инга Витальевна, одна из наших замечательных санитарок, — киваю женщине в знак приветствия слегка улыбнувшись, но та не спешит делать это в ответ.

 — Прошу любить и жаловать. Ну и уважать наше молодое дарование. Ну и само собой, не скидывать на нее чужие обязанности, — с нажимом добавляет он. Видимо, Инга Витальевна не такая уж и замечательная, если ей открыто говорят о том, что она на кого-то скидывает часть своей работы. — Так, ладно, — убирает с моих плеч свои руки. — Убирайте скорее это безобразие, пока все не задохнулись. Светик, ты тоже за работу. Хотя постой, дай занюхать, а то у меня в носу одно дерьмо, — хватает мою ладонь и тут же подносит ее к своему носу, при этом шумно вдыхая.  — Значит все же применила, — опускает мою руку и, слегка улыбаясь, подмигивает мне. — Ладно, это все потом… вечером. Все за работу.

Вечером и потом… не надо быть провидицей, чтобы понять, что он пришел на дежурство, а не уходит с него. Ну и ладно, не с таким справлялись. В конце концов, я его у себя дома вытерпела, здесь и подавно получится. Все обязательно будет хорошо, а пока надо избавиться от стойкого запаха фекалий, витающего в коридоре.

Но и не только от него, судя по тому, что путь к собственному кабинету Кириллу Александровичу перекрыла тучная женщина. Во всех смыслах этого слова перекрыла, а именно, приподняв край ночной рубашки, не присаживаясь, начала… писать. Много писать…

— Тихо плещется моча — не голубая лента, вспоминайте хоть иногда…

Глава 17

— Подожди, пожалуйста, — окрикиваю убегающую медсестру.