Попала, или Жена для тирана

Его величество слегка поморщился. Видимо, не понравилась моя ирония.

— Лекарь сказал, что с тобой всё в порядке, просто перенервничала на охоте, потому и упала в обморок, — нехотя поделился со мной информацией, после чего нетерпеливо потребовал: — Раздевайся, Даниэла.

А как же наказы Эсфы? Уже всё забыли? Кажется, кое у кого здесь память девичья и манеры свинские.

Делать нечего, пришлось подниматься с кровати. Сдаваться я не собиралась, но и мольбами, прекрасно понимала, его не разжалобить. Снова упасть в обморок? Но мне надоело чувствовать себя вареным овощем.

Нет, от проблем не убегать надо, а смотреть им прямо в глаза. Синие такие, как обломки арктического льда, погружённого в тёмные воды океана.

Кажется, я от волнения заговорила метафорами.

Перевёртыш, беззаботно дрыхнувший на подушках, приподнял голову и сонно огляделся. Признаться, я о нём совершенно забыла и, только раздеваясь перед купанием, вспомнила, что за брошка подчёркивала мой образ амазонки во время охоты.

— Насиловать будешь? — Нехотя потянулась к шёлковым завязкам, надеясь, что тиран вовремя одумается.

Не одумался. Стащив с себя мундир, небрежно швырнул его в кресло, заставив меня взволнованно сглотнуть и мысленно ругнуться.

— Буду исполнять супружеский долг.

— Ваше величество мне ничего не должны.

— Зато ты мне должна. Наследника. А лучше несколько. — Следом за мундиром в кресло отправилась сорочка, и моим глазами открылся королевский торс во всём своём великолепии. Мускулистый, рельефный, даже как будто слегка загорелый.

И пусть торс действительно был великолепный, мне совершенно не хотелось на него смотреть и уж тем более ощущать его на себе.

Картинка, мелькнувшая в сознании, повысила градус страха.

— Уверены, что приняли верное решение? Эсфа сказала…

— К демонам Эсфу! Теперь ты моя жена, и я хочу тебя. Сегодня. Сейчас, — заявил тиран. Избавившись от сапог, потянулся к завязкам на штанах.

То, что меня хотят, было видно невооружённым глазом, и это слегка напрягало. Ладно, не слегка — я уже вовсю паниковала.

Нервно теребила окаянные ленты ночной рубашки, пока Редфрит уверенно расшнуровывал штаны, намереваясь продемонстрировать мне все свои достоинства. Вернее, одно конкретное достоинство, явно решив, что хватит светить перед женой недостатками.

Интересно, местные мужчины носят кальсоны? И ещё интереснее, как образумить возбуждённого мужика, привыкшего, что все его хотелки исполняются по щелчку пальцев.

— Мои желания, я так понимаю, во внимание не принимаются.