Попытка – не пытка

– А сейчас иди к себе, отдохни, заклей конвертик и успокойся, – заявил он, по-отечески заботливо поднимая меня с дивана. – Думаю, что часам к восьми вечера все будет готово.

Оставив его наедине со своими безумными мыслями, я забрала посылку, пошла домой, аккуратно приклеила бумажный треугольник и, приняв душ, слегла в кровать и заснула, задыхаясь в дыму лесных пожаров.

* * *Часа через три меня разбудил телефонный звонок:

– Ты только не волнуйся, но комп сломался. У него блок питания полетел, – сказал, заикаясь, Натаныч.

– Блок питания? – Я села на кровати. – От того, что хакеры на тебя напали? Скажи мне, вот ты враль такой от природы или этому тебя в твоем «почтовом ящике» научили?

Он захихикал:

– Умная, да? Ну хорошо, блок питания в норме. Проблема другая. Короче, так. Если хочешь лететь в тоталитарный 1937 год сегодня ночью, то давай мне свой лэптоп, я буду из него машину времени делать. А ежели тебе милее наша демократическая действительность, то можешь подождать еще денек…"

"– Понятно… – Я метнулась к столу и быстро включила ноутбук, чтобы успеть заархивировать и защитить паролем все личные документы и фотографии, по которым Натаныч с его манией совать нос, куда не следует, непременно будет лазить.

 – Сам зайдешь или мне подняться?

– Сиди уж, красавица… Сейчас буду…

После его ухода я несколько минут бесцельно побродила по квартире, а потом вышла на балкон посмотреть, стоит ли еще во дворе загадочная синяя иномарка.

Оказалось, что она действительно облюбовала себе место возле трансформаторной будки и, по всей видимости, никуда уезжать не собиралась. На этот раз у нее было приоткрыто водительское окно, и мне было хорошо видно, как человек за рулем что-то пьет из пластикового стаканчика и разговаривает с кем-то сидящим на заднем сиденье. Интересно, они действительно торчат здесь, чтобы прослушивать наши разговоры, или Натаныч это для красного словца брякнул? Посетовав в душе, что за всю жизнь не прочитала ни одного детектива, я вернулась в комнату. У меня было ощущение, что я живу в каком-то мире ужасов, где, с одной стороны, царствует расстрельный мрак 1937 года, а с другой – не дает никуда рыпнуться колпак, созданный неизвестными наблюдателями. Если Натаныч прав и его действительно пасут, то больше нам нельзя открыто обсуждать планы оптимизации общества.