Онлайн-библиотека книг
После этого вернемся на дачу, и ты отправишься к себе. То есть ты пробудешь здесь ровно пять часов. Попав в 2010 год, ты сразу прилетишь сюда в семь вечера, потому что в восемь у нас будет банкет в Кремле. Понятно, что уехать с него мы должны будем не позже четырех. Что будет дальше, я тебе скажу. А это возьми, чтобы не ничего не напутать.
Я аккуратно сложила листочек и положила его рядом со списком.
– А прибор? Ты вроде бы должен был мне его сегодня вернуть?
– Да, – Сталин встал и принес координатную гордость Натаныча.
– Нет, – помотала я головой.
– А у меня есть, – сказал он и внимательно посмотрел на меня: – Кем тебе приходится нарком путей сообщения?
Я опешила:
– Каганович? Что ты, что ты… – замахала я руками. – Никем, я тебя уверяю.
– Нет. Не Каганович. – В его голосе зазвучали неприятные ноты. – А Бакулин Алексей Венедиктович. Кто он?
Поняв, что совершенно забыла о своем двоюродном прадеде, которого расстреляли в 1939 году, я похолодела:
– Он родной брат моей прабабушки по маминой линии.
– Сейчас уже конец августа! Он уже стал наркомом. И мне непонятно, почему я узнаю о вашем родстве не от тебя, а совершенно случайно из какого-то разговора. Я услышал знакомую фамилию, которую ты писала тогда, когда рассказывала о своих предках… Стал выяснять, и оказалось, что он твой двоюродный дед.
Вот уж меньше всего мне хотелось затрагивать высшие эшелоны власти, а тем более драгоценного Кагановича, который наворотил тут не меньше Берии. Одно дело – разговаривать о прадеде-гэпэушнике, который переключился на легкую промышленность, а другое дело – иметь в родственниках серьезного исторического деятеля, который к тому же всего через год окажется врагом народа.
Я опустила глаза:
– Ну… Да… Не знаю точно, что именно там произойдет, но его должны в 1938-м уволить как не справившегося с работой, а потом расстрелять. Но я забыла о нем, поверь мне! Так получилось, что эта ветвь не настолько мне близка, чтобы я постоянно держала его в голове.
