Попытка – не пытка

Прежде чем соваться в 1937 год, мне следовало хоть немного ознакомиться с правилами поведения на допросах и сформировать в уме что-то типа путеводителя по Лубянке под названием «Что отвечать людям в форме, чтобы прожить лишних полчаса».

Но я этого не сделала. И именно поэтому сразу после своей изысканной реплики получила сначала кулаком по физиономии, а потом, уже после того как свалилась на пол, несколько ударов сапогом по разным выступающим частям тела.

Придя в себя после потери сознания, я поняла, что лежу на ледяном полу в какой-то слабо освещенной камере.

У меня больше не было ни часов, ни сумочки, ни документов. Была только красная пелена, сквозь которую я разглядывала танцующие перед глазами пурпурные пятна.

Вскоре раздался дикий лязг, дверь открылась, и меня рывком поставили на ноги:

– Вперед! По коридору! Руки за спину!

Что еще можно сделать, чтобы продлить эту увлекательную экскурсию, как мне советовал Натаныч? Подвернуть ногу? Наброситься на конвойного? Я продолжала мусолить эту ерунду до тех пор, пока не услышала за спиной звук, напоминающий взвод курка.

«Опаньки! Сейчас меня пристрелят», – почему-то весело подумала я и, не удержавшись на ногах, к своей безграничной радости, наконец-то упала на ковер к Натанычу в родной 2010 год.

– А-а-а! Батюшки милые, что ж это делается-то! – истошно заорал мой друг. – Я же говорил! Я же предупреждал, что нэкэвэдэ тебя погубит!

Пытаясь его угомонить, я вытянула вперед измазанные кровью руки и прошамкала опухшими губами:

– Спокойно, я в норме.

Звони 03. А то мне кажется, что у меня сотрясение мозга.

Он бросился истерически кричать в телефон, потом убежал прочь, приволок зачем-то моего сына, и после того как они оба завыли надо мной, как профессиональные плакальщики, наконец-то приехала скорая помощь и без лишних сантиментов эвакуировала меня в нейрохирургическое отделение института Склифосовского.

* * *Рано утром сильно грассирующий мужской голос вырвал мой пострадавший мозг из объятий сна:

– Просыпайтесь, мне нужно задать вам несколько вопросов.

Открыв глаза, я увидела человека в форме и с перепугу возопила:

– Нет! Убирайтесь прочь!

Милиционер вздрогнул и поспешил призвать меня к порядку:

– Вы успокойтесь. Все будет хорошо. Расскажите, пожалуйста, поподробнее, как было дело.

Я попыталась отмахнуться от него, как от комара:

– Никакого дела. Шла вечером, кто-то напал, было темно…

– Вас ограбили? Вы запомнили приметы нападавших? Что у вас украли?

Я посмотрела на него с сочувствием.