Попытка – не пытка

Когда ты попросила Сталина позаботиться о моих родителях.

– Но почему? – спросила я, все еще не понимая, о чем он говорит.

– А потому, – Натаныч снова задумчиво улыбнулся. – Потому что я придумал машину времени только для того, чтобы увидеть живой свою мать. А в параллельной реальности она прожила до 2004 года. И я, тот, который живет в том альтернативном времени, даже примерно не может вообразить, как работает эта временная программа.

– И ты себе не рассказал?!

– Нет. Ты же знаешь, я не выдаю государственных секретов.

А нашу с тобой деятельность я расцениваю именно так. Поэтому утром я пойду к Сталину и доложу ему о том, что выполнил все его задания, в том числе то, за которое он хотел меня расстрелять. А ты иди спи, потому что завтра сначала ты полетишь к нему, а потом, когда вернешься, нажмешь кнопку и запустишь итерационную программу. Да… И забери свой комп. С его помощью все рано нельзя прочитать ни об одном политическом деятеле, который мне интересен.

Я встала и, прижав к себе ноутбук, пошла к двери.

На пороге я остановилась и решила задать Натанычу еще один вопрос:

– А почему кнопку буду нажимать я? Ведь это твоя программа, ты ее придумал.

– Потому что итерационную переделку мира может запустить только тот, кто создал альтернативную реальность. А это сделала именно ты в тот самый день, когда отправилась в 1937 год и получила по морде на Лубянке.

Мы попрощались, и я пошла домой. За окном уже было раннее утро…

* * *Немного подремав, я проснулась с каким-то тягостным ощущением надвигающейся беды.

На часах было десять утра. Мне не хотелось выходить из дома, чтобы не пропустить звонок Натаныча, и я пошла пить кофе. К своему удивлению я обнаружила на кухне Машу, которая варила суп.

– Привет, Маш. Что это ты делаешь? – Я села на табуретку.

Она улыбнулась:

– Обед готовлю. Как обычно.

Мне показалось, что параллельная реальность каким-то чудом пришла в наш дом. И давно это она тут обеды варит? У меня гениальный сын. Он умудрился влюбиться в хозяйственную девушку! Осталось только понять, что тут у них происходит.

Сказав, что хочу съесть бутерброд, я открыла холодильник. Он был полон каких-то кастрюлек, лоточков и мисочек. Может, это изобилие альтернативного мира? Я сварила кофе и достала сыр.

– Маш, а Глеб где?

– В газету поехал. Он всю ночь аналитический обзор писал про что-то там такое политическое.

– А… – Меня так и подмывало спросить, давно ли она тут поселилась, но было как-то неудобно признаваться, что я ничего не замечала.