Попытка возврата

Хозяин уже закрывал дверь, но пачка марок в моих руках заставила его быстренько передумать. По-немецки он почти ни фига не понимал, я по-французски вообще не говорил, но слова «голд» и «диамонд» были понятны без перевода. Француз показывал разные колечки, а я их мерил на свой мизинец, прикидывая размер так, чтобы они застревали посередине пальца. В конце концов выбрал одно и, удивляясь такой охрененной цене для столь маленькой цацки, рассчитался с продавцом.

Адрес госпиталя я заранее узнал у шустрого гауптмана перед его отъездом.

Так что теперь, поймав раздолбанное такси, уже через десять минут стоял возле этого медицинского учреждения. План у меня был простой. Напротив главного входа было всего три дома. Сяду на лавочку и буду пасти подходы ко всем, так чтобы моя барышня не могла проскочить незамеченной. А на крайний случай, представившись знакомым ее отца, спрошу у любой выходящей немки в форме, где тут живет Хелен Нахтигаль.

Но крайний случай не понадобился.

Я только-только успел, сидя на лавочке, выкурить одну сигарету, как из ближнего подъезда вышло мое зеленоглазое чудо. Причем вышло целенаправленно. Она меня, видно, в окно засекла и теперь, проходя мимо, шепнула:

Ну я и побрел за ней, как телок на веревочке. Пока шел, чуть слюной не подавился, глядя на ладную женскую фигурку, которую только подчеркивал туго затянутый на талии гражданский плащ. Странно, а утром она вроде в военной форме была… Или это чисто женское — по пять раз на дню переодеваться? И куда она меня вообще ведет? Но Нахтигаль далеко ходить не стала, а, обойдя вокруг дома, просто вошла в подъезд с черного хода.

Прибавив шаг, свернул за ней. Хелен, не останавливаясь и не поворачиваясь, поднялась по узенькой лестнице на второй этаж и зашла в квартиру, оставив дверь открытой. Восприняв это как приглашение, я тут же шмыгнул следом. Врачиха, протянув руку, повернула ключ и, отступив на два шага, задрала подбородок, сказав:

— Господин Лисов, прошу простить мою несдержанность.

Там, в парке, я подвергла вас смертельной опасности. Просто все было так неожиданно…

Она еще что-то говорила, убрав руки за спину и кусая губы, а я смотрел на нее и не верил, что это произошло. Япона мама! Неужели вот она, на расстоянии вытянутой руки? Правда, представлял все себе несколько по-другому, но какая разница? А потом не выдержал и, сделав шаг, просто сгреб в охапку эту белобрысую прелесть.