Про патриотизм, помнишь, как загнул? Так что после войны приезжай на разведку, а потом и своих перетянешь. Во всяком случае, твоим детям, из-за того что они не французы, драться не придется.
Пока Мишка в раздумьях качал головой, я думал, что на мой первый вопрос — про навыки в конспирации — он так и не ответил. А еще минут через пять мы доехали до секонд-хенда мадам Ланжо. Там прибарахлились почти новой кожаной курткой, крепкими штанами по размеру, свитером и ботинками-говнодавами. А то в моих штиблетах бегать по зимним дорогам было несерьезно.
Упаковав шмотки, мы вышли к машине. Пока пропускали пустую телегу с высоченными бортами, которую тянул крепкий битюг, вдруг почувствовал чей-то взгляд. Глянув направо, увидел парня, который пялился на меня, как на тень отца Гамлета. Француз, вытаращив глаза, вхолостую открывал рот, но, заметив, что я смотрю на него, быстро повернулся и, оглядываясь через плечо, рванул вдаль по улочке.
Блин, что-то морда у этого лягушатника очень знакомая.
Особенно вот этот нос — баклажаном. Пихнув Мишку в бок, спросил, не знает ли он этого типа. Тот, глядя в спину быстро удаляющемуся парню, пожал плечами и предположил, что вроде видел его работающим на новой мельнице, а потом поинтересовался, в чем дело. Я ответил, что просто, видно, почудилось, но, сев в машину, неожиданно вспомнил. Ядрен батон! Эта морда показалась знакомой, потому что он был один из тех макизаров, которые ехали в задней машине, когда я от англичан ушел.
Во, блин, попал! До того моста отсюда километров тридцать. Надо же было так получиться, что нос к носу с этим хмырем именно здесь столкнулись! И ведь он меня точно узнал, поэтому так и пялился. Одна надежда, что англичане, судя по их разговорам, должны были улететь позавчера ночью. Выходит, пока это мурло стуканет кому надо, да пока они начнут шевелиться, есть возможность тихо уйти. Вот только бы семью Аристарха Викторовича под молотки не подвести. Ухари из МИ-6 отдельно стоящее шато возьмут не поперхнувшись.
Это не в городе действовать, им для этого даже дополнительные силы не понадобятся… Поэтому когда выехали из городка, попросил Мишку остановиться и, собираясь с мыслями, начал:
— Значит так, Михаил. Я твоему отцу слегка соврал, про Югославию. То есть я действительно являюсь капитаном Красной Армии, но здесь оказался вовсе не сбежав из плена в Италии. У нас в Оранже была важная миссия. Поверь, ОЧЕНЬ важная.
