Попытка возврата

На улице уже темнело, когда в разгар веселья я услышал рев двигателя за окном и надсаживающийся голос бойца, орущего:

— Ну куды?! Куды ты прешь?! Сдавай назад!

Выглянув наружу, увидел, как тяжелый самоход пытается развернуться на узкой улочке. В конце концов, снеся кормой забор, он крутанулся на брусчатке и, выпустив клуб едкого дыма, загрохотал траками в сторону выезда. Похоже, «мазута» опять заблудилась. Их полк за южной окраиной стоит, я стадо ИСУ-152 засек, когда сюда ехал, а эти балбесы, наверное, указатель не увидели…

Вообще танкисты меня сегодня напугали чуть не до усрачки.

До сих пор вздрагиваю… А дело было так — когда мы отделились от основной колонны и поехали в сторону базы, то, свернув за поворот, густо поросший по обочинам деревьями, я увидел четыре «пантеры», прущие прямо на нас. Откуда тут взялись эти фрицы, особо задумываться времени не было, тем более до них оставалось метров двести. И ведь главное — развернуться негде, да и не успеем. Поэтому, ткнув водителя в плечо, завопил:

— Немцы! Валим из машины!

А сам на ходу вывалился в заснеженный кювет, быстро отгребая за деревья и удивляясь, почему фрицы еще не стреляют. Краем глаза видел Миху, который, дав по тормозам так, что машину развернуло поперек дороги, убегал в посадки с другой стороны. Высунув нос из голых кустиков, наблюдал, как танки, не стреляя и не сбавляя хода, прут на наш новенький «УльЗиС». В голове еще мелькнуло, что у этих «пантер» силуэт странный и что «уазику», похоже, писец — в лепешку раздавят, но додумать не успел, потому что передний танк остановился возле нашего джипа, и танкист, повернувшись в мою сторону, проорал:

— Эй, славяне, хватит по кустам ползать! Убирай свою таратайку с дороги!

И только тут я с удивлением увидел, что «коробочка», принятая мною за «Пантеру», на самом деле Т-44, совсем недавно принятый на вооружение.

Но, блин, как же он похож на немецкую «кошку», особенно спереди…

М-да… Неудобно получилось.

Под ржач «мазуты» я выбрался из кювета и с независимым видом уселся в машину. Мишка, не успевший далеко убежать, занял свое место через несколько секунд, и мы, стараясь не смотреть друг другу в глаза, поехали дальше. Потом, правда, несколько отошли и сначала начали подхихикивать, а потом и смеяться в голос, вспоминая свои прыжки и кульбиты.

…Горячая спиртоводочная встреча однополчан закончилась ближе к полуночи.