Порочная клятва

Я показываю ему те части мотоцикла, которые помню, рассказываю, что они делают и как влияют на езду. Ту информацию, которую я не могу вспомнить, он дополняет, и даже так, что я не чувствую себя идиоткой.

Рэнсом подробно объясняет, как заставить мотоцикл ехать быстрее, как безопасно тормозить, как наклоняться в поворотах и использовать свое тело в унисон с мотоциклом, а не против него.

Затем он просит меня сесть на мотоцикл и изобразить жестами, что я буду делать, когда заведу его, и поправляет мои руки, когда нужно.

Как только я все повторяю за ним, он улыбается и ведет меня к своему мотоциклу.

– Ладно, сначала я поведу, повторим все, чему мы только что научились, – говорит он. – Я хочу, чтобы ты повторила это за мной, а потом мы посмотрим, готова ли ты попробовать сама.

– Хорошо, – отвечаю я чуть дрожащим голосом.

Я все еще чувствую волнение в груди, когда сажусь позади Рэнсома. Он надевает на меня шлем, проверяя, надежно ли он закреплен, а затем слегка стучит по его верху. После этого он заводит мотоцикл, и я подстраиваюсь под движения его рук, повторяя все, что он мне только что показал.

Как только он трогается с места, я обхватываю его руками за талию и наклоняюсь, когда он наклоняется на поворотах, – чтобы лучше понимать, как двигаться вместе с мотоциклом.

– В теории, это вроде как продолжение тебя самой, – говорит он, когда мы останавливаемся. – В машине ты просто управляешь ею и не можешь по-настоящему почувствовать, как она связана с тобой. Но на мотоцикле контроль – это все.

– А что, если мой меня не послушает? – бормочу я, и Рэнсом разражается смехом.

– Это же не лошадь, ангел. Тебе не надо сначала его приручать. Не волнуйся, у тебя все получится.

Рэнсом снова берет меня с собой. На этот раз, пока он заводит мотор, я рассказываю ему о процессе, а после мы быстро объезжаем стоянку для фургонов.

Когда мы возвращаемся к началу, он кивает на мотоцикл, который я выбрала.

– Теперь твоя очередь.

Я сглатываю подступившую к горлу панику и подхожу к мотоциклу, перекидывая через него ногу.

Странное чувство – сидеть одной на этой огромной махине, и мне требуется секунда, чтобы прийти в себя, вдохнуть и попытаться успокоить нервы.

– Что первое? – подсказывает мне Рэнсом, и я киваю, сосредотачиваясь.

Я знаю, что нужно делать.

Снова и снова я повторяю шаги, которые мы только что прошли, но почему-то все равно подпрыгиваю, когда завожу мотоцикл.

– Просто езжай до конца этой маленькой дороги, – перекрикивает шум Рэнсом.

Начало… крайне шаткое.