Порочная клятва

Устраиваясь поудобнее, я внимательно слушаю и киваю, когда это кажется уместным.

Она рассказывает обо всем, начиная с того, как мне следует одеваться, и заканчивая тем, какие разговоры мне следует вести с людьми на общественных мероприятиях. Очевидно, для всего существуют негласные правила, и к тому времени, когда она наконец останавливается, у меня голова идет кругом от информации.

Оливия окидывает меня взглядом и фыркает, сцепив пальцы на коленях.

– Я не ожидаю, что ты всему научишься за один-два урока, – говорит она.

 – И, конечно, лучший учитель – это опыт.

– Естественно, – бормочу я.

– У тебя будет много возможностей учиться, но учись быстро.

– Я сделаю все, что в моих силах.

Она бросает на меня взгляд, который ясно говорит о том, что она невысокого мнения обо мне, и я вздыхаю. Мне уже не терпится покончить с этим.

– На сегодня хватит, – говорит она. – У меня есть другие дела. Организовать свадьбу в такие сжатые сроки – задача не из легких. – Бабушка смотрит на меня так, словно это моя вина, а затем добавляет: – Встретимся снова завтра.

У нас запланирована примерка платья. Тебе нужно что-нибудь для вечеринки по случаю помолвки, и я знаю, что у тебя нет ничего подходящего.

Я коротко киваю, ненавидя себя за то, что, позвонив ей сегодня утром, фактически лишила себя единственного дня, который могла бы провести, не наблюдая физиономию своей ужасной бабушки. Но, по крайней мере, я извлекла из этого хоть что-то полезное.

Она говорит мне, где мы встретимся, но я почти не слушаю, потому что она также ясно дает понять, что попросит одного из своих людей отвезти меня туда.

Как только она заканчивает давать мне указания на утро, я встаю и бросаю взгляд на дверь гостиной. Поскольку за мной так и не пришла горничная, я собираюсь выйти, но, прежде чем успеваю это сделать, Оливия останавливает меня, снова заговаривая.

– Знаешь, этим вечером твои мальчики выполнят для меня одну работу, – говорит она, разглядывая свои идеально наманикюренные ногти. Она бросает на меня взгляд из-под ресниц, даже не потрудившись поднять голову.

 – Но тебе не о чем беспокоиться. Если они все сделают правильно, то вряд ли пострадают.

Ненависть переполняет меня доверху, и я фантазирую о том, чтобы ударить старуху прямо по ее самодовольной физиономии, но стараюсь не показывать этих эмоций на лице, натянуто улыбаясь ей и выходя из комнаты.

Если он сработает, то все мы навсегда освободимся от нее и ее дерьма. Нужно просто сосредоточиться на этом.