Порочная невеста

— Я же не виноват, что нравлюсь дамам, — хмыкнул Чейз и лукаво посмотрел на меня.

— О да, не сомневаюсь, что она без ума, только не от тебя, а от титула. — Надеюсь, в моем голосе было достаточно иронии.

— Моя холодная красавица приревновала? — Улыбка не сходила с лица Чейза. — Значит, я тебе не безразличен?

— Конечно нет, — удивилась я подобному замечанию. — Вы… прости — ты, все никак не могу отучиться называть тебя так, — ты стал для меня близким человеком.

— Я имел в виду другое.

Чейз пристально вглядывался в мое лицо, как бы пытаясь заглянуть в самую душу.

Иногда слов недостаточно, чтобы выразить чувства. Его взгляд смягчился, губы потянулись к моим, но он вовремя остановился. Следует соблюдать приличия, ведь за нами наблюдают множество глаз. Любое неосторожное движение — и еще долгие годы его будут помнить и ставить нам в укор. Весь вечер мы вынуждены были изображать радушных хозяев. Я улыбалась, как фарфоровая кукла, и кивала, как илларийский болванчик, не смея позволить себе лишний вздох. Высший свет не прощает слабостей, и надо признать, я с блеском выдержала испытание. Уже вечером, оказавшись в спальне, с облегчением сбросила новые атласные туфли. На белых чулках алели кровавые мозоли. Сейчас бы хвойной воды и засунуть ступни в воду, но, к сожалению или к счастью, мне предстоит дело поинтереснее. Эстер помогла расстегнуть бесчисленное количество потайных крючков на спинке платья и слегка ослабила корсет. Вот тогда я в полной мере почувствовала себя счастливой, грудь, наконец, наполнилась воздухом, и обморок уже не грозил. Хотя на этот случай в кармане всегда лежали нюхательные соли, незаменимая вещь на приемах, ведь прекрасные дамы часто лишались чувств. Походкой старушки я добралась до кровати и, присев на краешек, стала растирать особо болевшую пятку. В это мгновение дверь распахнулась, и в спальню пожаловал Чейз.

— Устала? — поинтересовался он.

— Станешь премьер-министром, отмени моду на корсеты, — проворчала я.

— Непременно. Мне самому не нравится эта деталь гардероба, он, словно броня, защищает кожу от прикосновений.

Герцог тут же проиллюстрировал свои слова. Подойдя ближе и опустившись на колени, коснулся ладонями моей талии, а затем провел по спине.

— Вот видишь, совершенно дурацкая вещь. Давай поскорее ее снимем.

Я смутилась и покраснела, забыв о ноющем теле, сейчас меня волновал лишь Чейз.

— Я хочу сказать, прежде чем мы… — пролепетала я, пытаясь сообщить герцогу о том, что девственница.