Порочная невеста

Она даже не думала смущаться, лишь холодно улыбалась и сидела, немного откинувшись на спинку, закинув ногу на ногу.

— Не стыдно вам заниматься этим прямо под носом у жены? — прокричала я. — Какой же ты мерзавец, Чейз, я требую развода!

— Ох, какие страсти, — насмешливо произнесла девушка, по контрасту с изумительной внешностью голос оказался хриплым и грубоватым. Она откинула со лба прядь пепельных волос и усмехнулась, обнажая ряд безупречных жемчужно-белых зубов.

— Убирайтесь вон, — прошипела я. — И благодарите мою гувернантку, которая дала мне хорошее воспитание, иначе, боюсь, я выдрала бы все ваши прекрасные волосы.

— Думаю, что даже лысая я была бы великолепна, — насмешливо отозвалась разлучница, чем взбесила меня еще сильнее. — Тем более я здесь по приглашению его светлости, если он велит мне немедленно покинуть дом, я сделаю это без лишних вопросов.

— Чейз! — Я с надеждой обернулась к супругу.

— Фабиана, тебе лучше уйти, — проговорил он. Сердце пропустило удар и, замерев, рухнуло в бездонную пропасть разочарования.

— А я почти полюбила тебя, — прошептала я.

Неожиданно Чейз покачнулся и рухнул к моим ногам.

Я недоуменно смотрела на неподвижное тело, лежащее на полу, и, сбросив с себя неизвестно откуда появившееся оцепенение, бросилась к мужу. Он застонал и прижал руку к груди, под его пальцам проступало багровое пятно крови. Я распахнула сорочку и обнаружила кровоточащую пентаграмму, вырезанную на теле ножом.

— А теперь шутки в сторону! — Голос девушки звучал угрожающе, она отстранила меня и склонилась над Чейзом. В ее руке блеснуло острое лезвие, которое она опустила на грудь герцога и принялась выписывать на ней непонятные символы.

— Что вы творите? — испуганно проговорила я. Руки Чейза угрожающе налились красным цветом, пальцы воспламенились, горящей ладонью он схватил девушку за запястье. Она сжала зубы, но продолжала свое действие.

Герцог распахнул глаза, которые сейчас буквально пылали неистовым огнем, он встал и с легкостью отбросил от себя незнакомку.

— Как твое имя? — Девушка поднялась на ноги, я увидела, как на обожженной коже стали проступать волдыри.

— Жить надоело, ведьма?

Я сделала шаг назад, но споткнулась о задранный угол ковра и чуть не упала. Герцог резко обернулся и посмотрел на меня так, что по спине скользнул липкий противный страх, ледяной рукой сжавший сердце.