Порочная слабость

Нет, мы бы определенно подружились с этим парнем, если бы познакомились в другой обстановке и при иных обстоятельствах.

– Кровь тоже! – рявкнул Зверь так, что я вдруг решила, будто Алексей Сергеевич требует отобрать всю мою кровь, до капельки.

– Как скажете, – кивнул доктор и с виноватой улыбкой достал шприц из своего чудо-чемодана.

Когда все манипуляции были завершены, белоснежный пластырь красовался на моей коже, а образцы крови и слюны надежно спрятаны в недрах сокровищницы, любезный доктор поднялся на ноги.

– Лина, – запоздало представилась я и протянула руку в приветливом жесте.

– Свободен! – хлесткая фраза, резкие слова и угроза в голосе. – Образцы у тебя есть.

– Так точно, Алексей Сергеевич, – спокойно ответил доктор, закрыл чемоданчик и встал. – Как только результаты будут готовы, я сразу же сообщу. До свидания.

Айболит, имени которого я так и не узнала, подмигнул мне и в сопровождении Кирпича направился в сторону лифтов.

Признаться, меня напрягала такая планировка. Выходит, каждый встречный-поперечный может вломиться в квартиру? Тоже мне, элитное жилье! Где были мозги архитектора и дизайнера, когда они стряпали проект? Это ведь настоящий Армагеддон и никакой личной жизни! Голышом не походишь, шмотье не разбросаешь.

Но, разумеется, я не стала озвучивать свои мысли вслух. Так и сидела, соображала, как бы аккуратнее намекнуть Заверину и его верному Кирпичу, что гостей пора бы и покормить. Есть хотелось просто зверски.

– Пусть еды привезут. И уведи уже ее с глаз моих! – пробормотал Алексей Сергеевич, а я поняла, что даже Зверю ничто человеческое не чуждо.

Возможно, я бы и поблагодарила Алексея Сергеевича, но предпочла промолчать. Вдруг передумает меня кормить?

Ужин был шикарным. Как и комната, в которую проводил меня Кирпич.

Оказавшись на пороге спальни, я застыла, не решаясь сделать шаг. Но охранник подтолкнул меня в спину, поторапливая, и спокойно сообщил:

– Стены имеются. Окна – пуленепробиваемые.

– Вот спасибо, мил человек! – хохотнула я нервно.

Я слышала, как хрустнули костяшки. Да-да. Кажется, чье-то терпение вот-вот лопнет. Охранник все же подошел к окнам и ловкими движениями задвинул шторы. Еще и нажал на какие-то кнопки, расположенные на настенной панели, и я расслышала тихий шорох опускающихся жалюзи.

– Дай бог тебе здоровья, уважаемый Кир… Шмель! – воскликнула я.

Взгляд Кирпича был тяжелым, весом, примерно, с асфальтный каток.