Порочная слабость

Я читала его мысли по сведенным к переносице угрюмым бровям и по сжатым в линию губам. Кажется, Слава хотел бы оказаться рядом со своим суровым начальством и заслонять его от пуль, а не придумывать, куда отвезти меня и что делать дальше.

– Ты можешь вернуться? Ты нужнее ему там. А я и сама справлюсь! – произнесла я.

Славик тяжело вздохнул. Наверное, он не раз и не два думал об этом.

– Леха оторвет мне башку, если брошу тебя, – скупо произнес Кирпич и вдруг положил на мое плечо свою лапищу.

Славик не приветствовал телячьи нежности.

Если вдруг я рыдала, просто ждал, когда перестану. Максимум – участливый взгляд и носовой платок.

А сейчас стало тепло от того, что этот суровый и не самый разговорчивый мужчина приобнял меня за плечи.

– Послушай, Лина, будет трудно, но если мы вернемся, то все зря, понимаешь? – бормотал Славик. – Если тебя грохнут, то все жертвы напрасны. Да и Леха не сможет все решить, чтобы не коснулось тебя. Ты для него особенная.

– Племянница? – уточнила я.

– Дура, – хмыкнул Славик.

 – Он любит тебя. Да и какая ты ему племянница? Твой дед усыновил Леху.

– Вот и хорошо, – шмыгнула я носом и попросила: – Расскажи мне о нем. Какой он на самом деле?

– Тебе лучше знать, – хмуро ответил Кирпич.

Я была благодарна другу. Он заботился о транспорте, обеде, сменной одежде. Верный Славик продумал все, за исключением одной крохотной вещи: как отвлечь меня от тревожных мыслей.

Сердце с каждым ударом замирало. Мне казалось, что стоит обернуться, и увижу Лешку.

Его высокую, широкоплечую фигуру. Его пронзительные глаза со всполохами безумия и жажды.

Но сколько бы раз я ни оборачивалась, ничего не происходило. Вокруг я видела лишь равнодушных незнакомых людей, которые не замечали меня.

– Нам пора, – обронил Славик, распахнул передо мной заднюю дверь машины и помог сесть, когда мы вышли из придорожной забегаловки, в которой обедали по пути в дом умершей бабки Кирпича.

Я прикрыла глаза, запрещая себе плакать.

Все должно наладиться.

Эти неприятности – временные. Я попадала в передряги и похуже.

Но с каждым прожитым часом меня все более плотным одеялом окутывала апатия и полное равнодушие ко всему происходящему вокруг.

Никаких. Ни хороших, ни плохих.

Ежедневно в сети всплывала информация обо всем, кроме той, что была жизненно необходима мне.

В моей голове проносились различные сценарии развития событий. Начиная от абсурдных, заканчивая трагичными.

В итоге меня встряхнул Слава.