Порочная месть

 — Кейн обхватывает двумя пальцами мое предплечье и делает характерный кивок головой. — Здесь налево.

Я следую за ним, пока мы не достигаем золотой вывески над стеклянной дверью, за которой видны манекены в шляпах и цветастых парео. Кейн заводит меня внутрь, и мы сразу же попадаем под лучи сияющей улыбки девушки-консультанта.

— Нам нужен купальник, — Кейн указывает головой в сторону манекена и обводит его пальцем. — И вот это все.

Девушка начинает улыбаться ещё шире и быстро сканирует мою фигуру профессиональным взглядом, от которого мне становится немного неуютно.

— Пройдемте со мной, — красиво взмахивает рукой, указывая на стенд, завешанный разноцветными бикини.

— Я могу выбрать сама? — смотрю на Кейна, который, сведя брови к переносице, достает из кармана телефон.

— Я точно не буду принимать в этом участие. И сделай так, чтобы не пришлось ждать долго.

Он прикладывает телефон к уху и отворачивается, а я, ободренная очередной возможностью выбора, быстро следую за консультантом.

В течение сорока минут мы подбираем для меня два комплекта купальника, широкополую кремовую шляпу, опоясанную черной лентой и шёлковую тунику длиной до колен, и девушка относит весь этот дорогостоящий ворох к кассе.

Кейн, который все это время, казалось, не прекращал разговаривать по телефону, отводит динамик в сторону и коротко бросает:

— Очки. — после чего вновь возвращается к звонку, и я удивлённо отмечаю, что даже будучи занятым, ему удается контролировать процесс неинтересного ему шоппинга.

— Оправа кошачий глаз подойдёт идеально, — воркует девушка, протягивая мне черные очки экстравагантной формы.

Упаковав ее в громоздкий кожаный чехол, девушка относит его к груде вещей на кассе, после чего Кейн оплачивает покупки, не удосужившись заглянуть за что он, собственно, платит. Когда я вижу итоговую сумму на экране, то невольно морщусь. Пусть Кейн может себе это позволить, но платить столько из-за единственного дня, проведенного на яхте, кажется неоправданным расточительством.

— Для заложницы я слишком дорого тебе обхожусь. — бормочу, когда мы покидаем бутик с охапкой пакетов.

Ловлю на себе быстрый взгляд, и вижу, как уголок его рта насмешливо ползет вверх. Почти улыбка. Вот это да. На моей памяти такой чести удостаивался только Артур.

Воспоминание о брате заставляет меня машинально сунуть руку в сумку, чтобы найти телефон.