Порочные сверхурочные (СИ)

Так, о чем это я, — возвращается она ко мне. — Ну, тут дорожить пока нечем. Надо, значит, заставить себя завоевать. Мужики ценят то, что с трудом дается. Это как бы не тайна. Или препятствия какие-то нужны, или потери, или ранения… Но нам инвалидов не надо, так что будь аккуратнее.

— Шишка на лбу считается? — мрачно уточняю я, потому как, видимо, песенка моя спета. Сдалась я слишком быстро.

— А он ее героически получил? Ему будет, чем перед внуками хвастаться.

— Не уверена…

— Тогда сделай ход конем. Уволься. И пусть он тебя возвращает.

— Я не могу уволиться. Меня мама убьет. И папа денег не даст на ноут.

Сашка, что-то покумекав, вздыхает:

— Ладно, найдем мы тебе другую работу. Я тряхну своего другана. Он мне должен. Его бывшая до сих пор ко мне таскается, а я стоически не даю ей его новый номер телефона. Что б ты без меня делала… Жди инфы, Маруся.

Успокоенная теткиным уверенным тоном я выбираюсь из ванной и отключаюсь звездой на постели.

Просыпаюсь ночью и сразу проверяю мобильник.

Соколов не звонил и не писал, а вот от Сашки сообщение имеется.

«Я говорилась с Артемьевым. Он возьмет тебя к себе в одну из фирм младшим бухгалтером. Завтра собеседование. Сразу с ним. По блату. В обед будь готова метнуться, это от твоего офиса вроде недалеко. Номер Демиду я твой дала. Он тебя наберет. Не благодари. И помни, цветы и конфеты не пью».

Глава двадцатая

Воскресенье логично проходит в нервотрепке, которую я сама себе устраиваю, успешно накрутив себя, потому что Дима не звонит.

И я уже в красках представляю, как буду встречать его в коридорах бизнес-центра (хотя до этого не встречала ни разу) и, чтобы не показывать, какой удар он нанес мне своим равнодушием (а как еще назвать телефонное молчание), стану избегать взглядов, а потом буду сидеть в кафетерии на первом этаже и, обняв кружку с несладким (обязательно, чтобы подчеркнуть горечь) латте, смотреть на капли дождя на стекле.

Дождь, судя по прогнозу, на ближайшие две недели не планируется, но страдать нужно красиво.

Да я палас себе весь протоптала, потому что бегаю по кругу, как только представлю, что Соколов в своей излюбленной начальственной маске пройдет мимо меня и не заметит.

И ругаю себя за то, что уехала сразу, а вдруг бы еще раз…

Ыыыы!

Дурища, короче.