Порочный рокер

Особенно я это поняла, когда услышала, как на фоне заиграла песня Боба Марли.

А еще у нее на кухне было двое невероятно сексуальных мужчин.

Разве можно соперничать с крутостью этой девчонки?

Дилан сидел на барном стуле за «островком», а Эш, одетый в фартук с оборками, доставал из духовки глубокий противень с чем-то, источающим изумительный аромат.

– Кэти! – Дилан встал и заключил меня в крепкие объятия, за что я была ему благодарна. Какое же облегчение увидеть радушие. Не то чтобы Эль была настроена недружелюбно, но, по крайней мере, теперь я знала, что она не собиралась изрубить меня на куски и засунуть в морозилку.

Только не при свидетелях.

– Он сегодня играет в Портленде. – Я бросила взгляд на Эль. Она нарезала что-то в противень, который Эш достал из духовки.

– Хочешь кукурузный хлеб с халапеньо? – спросила она меня.

– Это запатентованный рецепт бабушки Эль, – объяснил Эш. – И у нас есть «Маргарита».

– Спасибо, но откажусь от «Маргариты». – Я села на стул рядом с Диланом. – Я все еще потею после той поданной тобой порции.

И вообще-то, я только что поужинала. Но я бы с удовольствием попробовала кукурузный хлеб.

Я хорошо проводила время с ними троими, пока они ели чили и обсуждали какой-то сторонний проект, над которым работал Дилан. По-видимому, он собирался стать моделью нижнего белья. Что не стало такой уж неожиданностью. Я видела этого мужчину в килте.

Покончив с чили, ребята наполнили свои бокалы «Маргаритой» и удалились. Может быть, Эль попросила их уйти, не знаю. Но когда мы остались на кухне одни, она сказала:

– Он стал инициатором разрыва.

 – Она посмотрела на меня невозмутимым взглядом. – Зная Джесси, могу предположить, что он из уважения ко мне заставил тебя поверить, будто наш разрыв был обоюдным. Но это не так. Он знал, что все между нами как-то не задалось, и порвал со мной. Я этого не понимала, по крайней мере, тогда. Теперь понимаю. Мне потребовалось время, чтобы прийти в себя. Сейчас все в норме. Это все, что тебе нужно знать.

Я обдумывала услышанное.

Я оценила ее честность. И то, что она была достаточно высокого мнения обо мне, раз решилась поведать об этом. Не говоря уже о том, что ей потребовалось мужество, дабы признаться в этом вслух.

– Хорошо, – сказала я. Казалось, мне больше нечего добавить, хотя я чувствовала, что есть некоторая недосказанность. Я просто не совсем понимала, в чем именно.

Пока я наслаждалась гостеприимством Эль, то поняла, что она все же не в восторге от моего присутствия.