Порочный рокер

Мы даже можем нанять кого-нибудь, кто будет заниматься пиаром. Твоя работа может прославиться, чего нельзя сказать о мельчайших деталях твоей личной жизни.

– Но почему? Зачем ты это делаешь?

– Потому что я верю в тебя. И твой талант. – Он оглядел комнату. – Это хорошее место. И я знаю, что тебе нравится этот район.

– Именно поэтому я знаю, сколько все это стоит.

Что он проигнорировал.

– Недалеко от «Надж», а офис Деви находится в паре кварталов отсюда. Вы можете вместе ходить за кофе.

Он подошел к картине, которую я начала рисовать в тот день, когда Деви сообщила мне, что меня выбрали для съемок в его музыкальном клипе.

В тот день моя жизнь круто изменилась. Я направилась в подвал к Бекке, чтобы порисовать, все обдумать и привести мысли в порядок. Но я так и не смогла разобраться. В нем. В человеке, который произвел на меня неизгладимое впечатление с того самого момента, когда я впервые увидела его лицо.

– Когда ты ее написала? – спросил он.

На картине был изображен Джесси, каким я впервые увидела его, когда мы встретились.

Красивый и абстрактный, какой-то невыразимый, непознаваемый. По крайней мере, я так думала.

Я с трудом сглотнула.

– В тот день, когда встретила тебя, – прошептала я. Я чувствовала, что уплываю, как будто все это было каким-то невероятным сном.

– Ты сказала, что не знала, кто я такой, когда мы встретились.

Он смотрел на меня, его непроницаемые глаза цвета патоки скользнули по моему лицу. Я задрожала, хотя в студии было не холодно, и обхватила себя руками.

– Кэти… – сказал он.

Нас прервал стук в дверь. Он подошел к двери и впустил мою сестру, а за ней последовала Деви. Бекка улыбнулась мне, а Джесси направился в мансарду.

Что, черт возьми, происходит?

Я крепко обняла сестру.

– Кэти, – прошептала она, – все хорошо.

– Я не знаю, я не знаю… – Я просто повторяла это снова и снова, пока она обнимала меня.

Когда мы отстранились друг от друга, она обхватила мое лицо ладонями, как будто оно было маленьким и дорогим для нее, как в те времена, когда мы были маленькими.

– Прими студию, – сказала она. – Не испытывай чувство вины за то, что оставишь кофе-бар. Мы выживем без тебя, обещаю.

– А как же то, что случилось? Папарацци? Может стать хуже.

– С нами все будет в порядке, Кэти.

– Но что вы будете делать, если их будут преследовать в школе? Детям тяжело будет находиться в центре внимания, когда их окружат ложью.

– Ну, их отец все равно постоянно угрожает перевести их на домашнее обучение. Или перевезти нас всех в Коста-Рику.