Порочный рокер

 – Я хочу извиниться перед тобой.

Я не знала, как на это реагировать. Это было последнее, что я ожидала от него услышать.

– За то, что поцеловал тебя на съемках клипа, – сказал он, – в той… обстановке.

Я заметила, что он не сказал просто «за то, что поцеловал тебя».

– За то, что я поставил тебя в неловкое положение. Ну, знаешь, за то, что вел себя как придурок. – Улыбка тронула уголок его великолепного рта. – Мне продолжать?

– Или ты мог бы просто перестать делать то, за что тебе придется извиняться.

– Я работаю над этим. – Он отхлебнул кофе. – Серьезно. Прости за всю эту историю с выпытыванием, на кого ты запала. Я, честно говоря, думал, ты туда пришла только для того, чтобы познакомиться с Зейном.

Так, я не поняла. Зейн великолепен и все такое, но Джесси? Что же у него в голове?

Я внимательно посмотрела на него, ища хоть какой-то намек на шутку, но его не было.

– С тобой часто такое случается?

Он улыбнулся невероятно искренней улыбкой:

– Больше, чем я хотел бы признать.

Ого. Кто бы мог подумать, что дерзость, смешанная с нужной долей скромности, была такой… возбуждающей.

Я не знала, что сказать. Когда я уходила со съемок клипа, то определенно не ожидала утреннего пирога, не говоря уже об извинениях на заднем дворе сестры.

– Ладно, – сказала я. – Если тебе от этого станет легче, я прощаю тебя. Но на самом деле твой поцелуй едва ли можно было назвать самым плохим моментом в моей жизни. – Я почувствовала, как мои щеки вспыхнули, когда произнесла эти слова, но я все равно их произнесла, в соответствии со своим обещанием Деви продолжать брать быка за рога, ну или жизнь за яйца.

– Я здесь не только для того, чтобы извиниться, – сказал он. – Я здесь, чтобы пригласить тебя отправиться со мной в тур.

Джесси Мэйс хотел, чтобы я поехала с ним в тур.

– В качестве моей девушки, – добавил он.

– Знаешь, как в клипе.

Я похлопала ресницами, уставившись на него. Снова.

Я не сводила с него удивленного взгляда. Какое-то время.

Потом я начала раздражаться. За кого, черт возьми, он меня принимал, за какую-то шлюху напрокат?

Его рот изогнулся в коварной усмешке.

Господи. Он даже не стал отнекиваться или изображать хоть малейшее смущение по этому поводу. И мне вдруг стало немного жаль его настоящую девушку. Хоть она великолепна, талантлива и до неприличия богата.