Порочный доктор

Надеюсь, Юра тоже спал плохо, диван для его мамонтовой туши получался впритык, не так повернешься - свалишься. Пока ворочалась, решила продолжать обижаться. Как минимум до тех пор, пока сам не спросит, в чём дело или не потребует объяснений за утреннюю сцену. В груди кольнуло страхом - а если он вообще хоботом упрется и так же молча, не желая услышать правду, подаст на развод? Даже при мысли об этом по коже пробегал мороз. Но ведь после предательства Киры он вполне может так и поступить! Чтобы сохранить лицо и всё такое.

Пофлиртует с той же Семёновой, чтобы все видели, как у него всё замечательно, выставит меня из квартиры, или наоборот, сам поедет к родителям ""погостить"".

Нет, обижаться не вариант. А что тогда?

Так в размышлениях я и заснула. И снилась мне сплошная порнушка со мной и Юрой в главных ролях. Проснулась вся такая возбуждённая, что, будь я побойчее характером, пошла бы в гостиную и стребовала с драгоценного муженька весь супружеский долг. С процентами! А так...

посопела-посопела, и решила. Буду бороться, раз кое-кто весь такая обиженная цаца!

И очень здорово, что Тихонов так и не видел тот комплект, который я надевала на нашу мини-годовщину. Да-да, который с чулками. Надеюсь, в этот раз надеваю его не зря. И сверху, для прикрытия красоты - миленькое спортивное платьице на молнии. То есть вжу-ух, и оно нараспашку.

Оделась. Накрасилась. Волосы в красивый пучок заколола, меня такому Ольга научила.

Конечно, Юра уехал ещё пока я в душе плескалась.

Вредина. Пришлось опять вызывать такси.

Клиника встретила полным хаосом. На складе перепутали две коробки с лекарствами, одно дорогое рецептурное, второе простое общеукрепляющее. Названия у них немного похожи. Перерыли весь склад, старшая сестра уже капала себе валерьянки и прикидывала размер штрафа, травматология, лишившаяся обезболивающего, рвала и метала, потрясая коробкой с ненужной витаминкой. Все думали, что лекарство профукали, назревал скандал... И тут баба Нюра, тихонько намывая полы, добралась до терапии и краем глаза обнаружила искомое обезболивающее, на нижней полочке в шкафу в перевязочной, среди трёх коробок укрепляющего.

Там просто никто не догадался посмотреть. Бабе Нюре выписали премию за бдительность и зоркий глаз, старшая сестра и работники склада получили-таки штраф, но по сравнению с тем, что им грозило, вышло так, копеечно.

Только успокоились, как к нам забежала собака с улицы, ловили всем отделом.