Порочный

Несколько лет назад он всерьез занялся политической карьерой. Тогда казалось, что честолюбивые мечты навсегда останутся лишь мечтами, но стальная хватка и железный характер отца заставили конкурентов расступиться. Теперь уже я не сомневался, что он победит.

– Возвращайся в Париж, сынок! – добавил он глухо, и я непроизвольно поморщился.

– Но у нас с друзьями здесь бизнес. Ты же знаешь…

– Мне нужна твоя помощь, хотя бы на время предвыборной кампании! Кругом одни крысы и предатели. Докажи, что ты взрослый интеллигентный мужчина, выпускник Сорбонны и человек, на которого можно положиться! Оставь свои игрища в прошлом.

Насколько я знаю, даже твои сумасшедшие дружки остепенились… Ты нужен мне здесь! – добавил отец с нажимом в голосе.

– Хорошо. Но только при одном условии… – проговорил еле слышно, взвешивая каждое слово и прикидывая ущерб для своей психики, который неминуемо сулило возвращение в Париж.

– Что еще за условие?

– Я приеду со своей девушкой, – на том конце послышался недовольный вздох.

– Кто она? Надеюсь, не какая-нибудь шлюха модель?

– Нет, она дизайнер интерьеров.

И очень востребована на Манхеттене. Ну так что?

– Приезжайте! Буду рад познакомиться…

* * *Когда я вернулся в спальню, Дженнифер продолжала лежать обнаженной на черных шелковых простынях. Она сверлила меня потемневшими от похоти глазами, поглаживая пальцами торчащие соски, и томно улыбалась.

– Ты спрашивала про мою семью?! Ну так знай, мой отец – Анри Легран – с сегодняшнего дня участвует в предвыборной гонке за пост главы государства.

А ещё я нужен ему в Париже. Поедешь со мной? – в глазах любовницы пронеслась целая палитра эмоций, начиная от шока и удивления, заканчивая молчаливым согласием.

– Иди ко мне, отвечу на ушко, – рассмеялась бесстыдница, призывно разводя ноги.

Быстро скинул халат, возвращаясь в постель. Я передумал принимать душ.

POV. Симона

Две недели спустя

Автомобиль затормозил на подъездной дорожке особняка, и я сделала глубокий вдох, чтобы привести в порядок расшатанные нервишки.

– Мадам, похоже, их стало ещё больше, – озабоченно пробормотал водитель Пьер, кивком головы указывая на толпу папарацци возле парадных ворот.

– Да уж… Неужели теперь так будет всегда?! Это же сущий ад! Как мы будем жить? – накрутила на палец непослушную прядь темно-каштановых волос, растерянно цокнув языком.

После того, как пару недель назад стало известно об участии моего отчима в президентской гонке, журналисты не давали нам продуху, пытаясь заснять каждый шаг членов семьи.