Образ того, как Эдуард потащил Ронана за собой, продолжает мелькать у меня перед глазами. Я протянула к нему руку, но все, что я смогла поймать, был разреженный воздух.
В этот момент время остановилось, и мне захотелось повернуть его вспять и не делать того, что я сделала. Я пожалела, что не расследовала действия Эдрика до того, как спланировала его гибель.
Но больше всего я жалела, что не выбрала Ронана. Я пожалела, что не забрала его и не начала с ним все заново.
Первое, что встречает меня в палате, это сильный свет.
Вскоре после этого появляются синяки на полуобнаженной груди Ронана и гипс на его руке.
На его красивом лице несколько синих синяков. Его вид заставляет меня икнуть, когда я приближаюсь к нему нетвердыми шагами. Я не смогла бы остановить поток слез, даже если бы попыталась.
— Почему ты выглядишь красивой, даже когда плачешь, belle — красавица? — дразнит он хриплым голосом.
Я падаю рядом с ним на кровать, шмыгая носом и пытаясь взять чувства под контроль. Я с треском проваливаюсь и заканчиваю болтовней.
— Мне жаль. Мне так жаль, я не хотела причинять боль твоему отцу или заставлять тебя проходить через это. Я была эгоисткой, а тебе было больно, и я... я...
— Эй. — он ласкает мою руку в своей здоровой. — Это не твоя вина, Тил. Кроме того, завтра я буду как новенький. Я буду без левой руки только несколько недель, так что тебе придется все делать за меня.
— Все, что угодно. — я отчаянно киваю.
Он ухмыляется.
— Все, что угодно?
Я снова киваю.
Его ухмылка исчезает, но он гладит меня по тыльной стороне ладони.
— Давай начнем с того, что ты никогда больше не покинешь меня.
— Ты... — я сглатываю комок в горле. — Ты все еще хочешь меня?
— Все еще? Я когда-нибудь прекращал? — он подносит мою руку к своим губам и проводит сухими губами по коже. — Я никогда не перестану хотеть тебя,belle — красавица. Ты создана для меня.
— Ты тоже создан для меня. — я обнимаю его за шею, мои слезы увлажняют его кожу. — Я люблю тебя, Ронан. Я люблю тебя так, как никогда никого раньше не любила.
Он понижает голос.
— Даже после того, что сказал этот ублюдок Эдуард?
Я отстраняюсь, смотря на него.
— Я же сказала тебе, его слова не имеют значения, хорошо? Ты имеешь значения.
Его чувственные губы двигаются в душераздирающей улыбке.
— Я?
— Конечно.
— Не смей оставлять меня, Тил, или я сделаю ход Астора.
— Ход Астора?
— Да, это включает в себя погоню за тобой до конца света, и это вроде как не весело. — он ухмыляется. — Для тебя, а не для меня.
