Единственная причина, по которой я начала это делать, заключалась в том, чтобы посмотреть, что он публикует в моем стремлении прочитать его."
"Инстаграм Ронана это перевод его жизнерадостной, энергичной личности. Профиль заполнен фотографиями его и его друзей полуобнаженными. Большинство снимков сделаны в бассейнах с девушками в бикини, и он всегда демонстрирует эту фирменную тошнотворную улыбку.
Улыбку, которая скрывает больше, чем показывает.
Я останавливаюсь на его фотографии со стороны, сделанной без его ведома.
Это после одной из игр, и он одет в форму команды. Огни стадиона освещают его, когда он откидывает голову назад в глубоком, лучезарном смехе, который светится на всем его лице.
Как он может притворяться? Даже я попалась на это, а я не очень-то понимаю человеческие эмоции.
Как кто-то может быть таким беззаботным и в то же время так много скрывать внутри?
Это не имеет смысла.
Либо ты на этой стороне, либо на той — не может быть и того, и другого.
Я прокручиваю профиль ниже и нахожу фотографию, на которой он наклоняется, обнимая мать за плечо.
Она улыбается в камеру, и его улыбка почти слишком мальчишеская, мягче, чем на других фото.
Подпись гласит: Ее светлость. Женщина, которая мне по сердцу.
Интересно. Я сохраню эту информацию для последующего использования.
Я уже собираюсь выйти, когда он публикует новый снимок. Я нажимаю на уведомление так быстро, что боюсь, что на самом деле предупреждаю его о своей активности.
Это селфи, на котором он лежит на кровати, как обычно, полуголый, и кладет руку себе на живот — тот самый живот, вокруг которого я не так давно обхватила ноги.
Тот же живот, о который я терлась, чтобы он отпустил меня, в то время как у меня вращалась сумасшедшая мысль, что, если он этого не сделает?
Подпись говорит: В настроении для некоторого разврата.
Сглотнув, я нажимаю на фотографию, изучая его растрепанные волосы и легкую улыбку на лице.
Как будто мы все еще в той комнате. Он прижимает мои запястья к стене, когда мои соски касаются его обнаженной груди, а моя сердцевина липкая от возбуждения на его животе.
Моя рука скользит под пижамными шортами и хлопчатобумажным нижним бельем, чтобы найти складки — влажные складки.
Это все еще такое странное ощущение — быть мокрой. У меня есть игрушка, и я трогаю себя, но это кажется таким пресным, таким неинтересным, что я начала задаваться вопросом, не являюсь ли я какой-то асексуалкой.
