Порог

Потом спросила:

— Ничего не повреждено? Не поцарапано?

— Нет, — ответил Криди после короткой паузы. — Спасибо, что не уронила болт.

Анге пристыженно замолчала. Потом подняла с палубы вакуумный шланг с переходником. Аккуратно закрепила переходник на отверстии волновода. Сказала:

— Спасибо, Криди. Для меня было честью работать с тобой.

— Эй, глупая женщина, зачем ты прощаешься?

Криди подошел к ней — уже в шортах, на задних лапах, как кисы обычно делали при личном разговоре с людьми.

— Ну, под трибунал я теперь не попаду.

Наверное. — Анге улыбнулась. — Но и в экипаж меня никто не возьмет.

— Почему? — удивился Криди.

— Ну… — Анге запнулась. К чему грузить кота человеческими проблемами? — Я едва не загубила двигатель, который собирали два года.

— Но ты же ничего не загубила.

— Но я могла. Я уронила хомут…

— Какой хомут? — Криди повел мордой из стороны в сторону. Заглянул в волновод. Потом картинно показал на прозрачный мешок с мусором и воскликнул: — Эй, человеческая женщина! Вот твой крепеж.

— Что я? — Криди уставился на нее янтарными узкими глазами. — Ты пришла подготовить волновод к продувке, и, как я вижу, он готов. Я даже был настолько придирчив, что забрался в него и прополз насквозь. Я ведь славлюсь своей недоверчивостью. Давай наряд, я подпишу.

— Криди… — Анге смотрела ему в глаза. Сейчас, когда она сидела на корточках, а Криди стоял на задних лапах, они были почти одного роста. — Но… у нас так не принято.

Криди возмущенно заурчал:

— Вы странные, странные существа.

Вы наказываете друг друга за ошибки, которые были исправлены и не имели последствий. Наш вид так не поступает. Если нет последствий, то нет и ошибки.

— Я все равно хотел проверить волновод. — Криди протянул переднюю лапу, положил ей на плечо. — Ты хороший техник. Если меня назначат главой ремонтной группы, я потребую тебя в помощники.

Анге кивнула, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы.

— Ты же завтра проголосуешь за меня? — небрежно поинтересовался Криди.

Анге на миг остолбенела, потом невольно рассмеялась:

— Никогда я вас не пойму, кисы… Да, проголосую.

— Что понимать-то? — Криди усмехнулся, стегнув по палубе хвостом. — Вы стайные. Мы одиночки.

На миг глаза Криди вдруг расширились, взгляд стал жестче.

— Нет, человеческая женщина. Не скажи.

Теодор Сквад был удивительно собранным и целеустремленным для своего возраста. В шестнадцать лет даже кадеты астроколледжа в большей степени дети, чем астронавты.