Порог

— Тихо, тихо, девочка… Я не издеваюсь, ты мне не противна. Я горжусь тобой, ты ведешь себя как герой.

— Правда? — с подозрением спросила Ксения, не отрывая лица от Матиаса.

— Правда. Я не знаю, какие вы на самом деле, но ты стала человеком, а быть настоящим человеком очень трудно. Особенно женщиной. Ты прекрасно справляешься, я бы так не смог, да никто бы не смог…

Ксения всхлипнула и обняла Матиаса. Сказала с вызовом:

— Это потому что мы Ракс. Я Ракс. Это наш долг…

Она замолчала. Потом произнесла:

— Я говорю лишнее.

— А нам обязательно расставаться?

— Ракс послал меня для этой миссии. Но когда она закончится, я должна буду вернуться.

— Первая-вовне здесь несколько лет. И Вторая-вовне на сессии Соглашения почти четыре земных года, я узнавал.

— Меня все равно отзовут.

— Но пока ты с нами. Со мной. И я счастлив, что ты рядом.

Ксения отстранилась, внимательно посмотрела на старпома. Спросила:

— Честно-пречестно! — Матиас поднял вверх руку.

— У меня есть двадцать минут, — сказала Ксения.

— Потрать их на связь со мной, — сказал Матиас, целуя Третью-вовне.

Вселенная расширялась — как все тринадцать миллиардов семьсот семьдесят миллионов лет с момента Большого взрыва, и была неподвижна относительно себя — как почти весь этот срок.

Почти — потому что иногда Вселенная сдвигалась.

Вот и сейчас все звезды, планеты, туманности, черные дыры и кванты реликтового излучения, разумные и неразумные живые особи на поверхности планет и в глубоком космосе, работающие и заброшенные космические корабли и станции, единственное и уникальное реликтовое скопление кварк-глюонной плазмы в недрах нейтронной звезды, только что обретшее разум, осознавшее себя и свое полнейшее одиночество в мироздании, — все то, что было во Вселенной и было Вселенной, даже если оно было абсолютной пустотой, — все это сдвинулось на расстояние около пяти световых часов.

Где-то на планете Земля упал бегущий по траве малыш и горько зарыдал, где-то в фотосфере звезды Грумбридж 1830 произошел самый крупный в Галактике за последние три тысячи лет коронарный выброс, где-то на планете звезды Кеп-лер-438Ь, почти в полутысяче световых лет от Земли, мастер плетений Орс, завершающий труд всей своей жизни — тройное зеленое базальтовое, слишком сильно сжал рабочие челюсти, и грандиозное плетение, обещавшее стать величайшим творением искусства и философии, превратилось в каменную крошку.