Порог

Вошел в каюту, но перед этим бросил быстрый взгляд в коридор, проверяя, нет ли там кого-нибудь.

— Все, — ответила Ксения, закрывая дверь. И коснулась Матиаса губами в осторожном, но жадном поцелуе. — Я хочу, чтобы вы сделали все.

Тедди валялся на койке, глядя в потолок каюты. Мягкая серая обивка потолка была наследием незапамятных времен, когда опасались внезапного отключения искусственной гравитации. Предполагалось, что она сохранит голову незадачливого астронавта в целости.

Единственный случай выхода генератора гравитационного поля из строя произошел лет через пять после начала полетов с искусственной силой тяжести.

Мягкая обивка никого не спасла. Гравитационное поле внутри корабля было автоматически отключено через несколько секунд, но в эти секунды хаотически менялось в разные стороны в разных точках пространства. Экипаж разорвало в пыль. «На сто тысяч триллионов клеточек каждого», — поэтически высказался об этом преподаватель систем жизнеобеспечения. Кадет Тедди знал, что в человеке в три раза меньше клеток, но поправлять не стал. Уже к десяти годам он научился держать язык за зубами, не поправляя учителей при каждой ошибке. С его точки зрения, это было неправильно, но чего не сделаешь ради репутации хорошего кадета.

Генераторы переделали, сбой в их работе теперь считался совершенно невозможным, но мягкая обивка стен и потолка каюты сохранилась. Традиция. Точно такая же, как аварийные калосборники, которыми предписывалось пользоваться в невесомости: мягкие пластиковые пакеты, липучкой приклеивающиеся к заду.

С такими летали на Луну первые астронавты, и пакеты до сих пор входили в аварийный комплект, служа неиссякаемым источником кадетского юмора.

— О чем думаешь? — спросил Алекс. Он все еще разбирал свои вещи, аккуратно раскладывая их по полочкам в личном шкафчике. Каюта была на двоих, что после кадетских спален можно было считать роскошью. Лючию вообще поселили отдельно.

— Я не думаю, я смотрю логические цепочки, — ответил Тедди.

Алекс с сомнением посмотрел на него.

— Я в уме, — сказал Тедди.

На самом деле логические цепочки Марка он уже проверил, а сейчас представлял себе Ксению. В его фантазиях (на самом деле — как и в реальности, но этого Тедди не знал) Ксения, Третья-вовне, стояла перед зеркалом в одних трусиках и гладила свою грудь. Снять с нее трусики Тедди не решился даже в фантазиях. — Слушай, Алекс, кто-нибудь знает, какие они, Ракс?

Алекс сел на кровать, вздохнул:

— Ага, роскошная подруга… Только тебе не светит ничего.