Порог

С течением времени таких рождается все больше, говорят — это от загрязнения окружающей среды, от пестицидов, от аллергии, от лекарств… Но даже если их любят родители, если у них найдутся друзья — они все равно прокляты одиночеством.

— Генетика, — согласилась Анге. — Но все равно таких, как я, не любят.

— Эй! Человечек! — Криди привстал на задних лапах, приблизил лицо к лицу Анге. — Ты чего? У нас нет этих комплексов. Нам плевать, одна ты была в мамином животике или впятером!

Анге запоздало сообразила, что кисам и впрямь безразличен ее непарный статус.

— Тогда не знаю, — сказала она. — Чем-то я им понравилась. Или наоборот. Может, пахну плохо. Или хорошо?

— Пахнешь ты прекрасно, — одобрил Криди. — Очень привлекательно и на нюх самца, и вообще…

Он снова приблизил рот к уху Анге и прошептал:

— Если честно, то мы вас любим в первую очередь из-за шикарного запаха! Так и хочется потереться носом о волосы…

— Ну потрись, потрись, — засмеялась Анге, обнимая кота за плечи. Кости под мышцами скользили совсем не по-человечески, гибкость у кис была потрясающая.

— Ну почему, почему ты не моей породы! — патетически воскликнул Криди.

Настроение у обоих улучшилось, дальше они шли улыбаясь и временами дружелюбно толкая друг друга.

Криди встречали — земли прайда были в паре часов езды на машине. Парень и девушка, точнее — кот и киса, едва-едва перевалившие рубеж совершеннолетия. Кот походил на Криди: поджарый, с серовато-палевой шерстью, раскосыми глазами и роскошными усами. Он был в короткой мужской юбке, которая его явно тяготила и была надета только из-за присутствия Анге.

Киса была рыженькая, стройная, с припухшими молочными железами — похоже, она входила в свой первый сезон спаривания. Одеждой она пренебрегла, что не было явной неучтивостью, но все-таки отдавало подростковым эпатажем. Такие же янтарные раскосые глаза, как и у кота, внимательно следили за Анге.

Даже на человеческий взгляд было понятно, что это не любовники, а родственники, может быть, брат с сестрой или кузен с кузиной.

— Хла… — разводя руками произнесла Анге.

— Хла, — ответил юный кот и после едва заметного колебания приблизил морду к ее лицу. Анге обнюхала кота — тот пах мягко, он не был в гоне, возможно даже, что не считался половозрелым. Анге осторожно лизнула кота в мочку уха. Теперь кот колебаться не стал — теплый мягкий язык скользнул по ее уху, после чего юноша, уже по человеческому обычаю, поцеловал ее в губы.

— Хирс, — назвался кот.