– А что нам делать?
– Хороший вопрос, – похвалил его Архипов. Ответа на “хороший вопрос” он не знал. Можно, конечно, нафантазировать что-нибудь вроде того, что завтра в четыре часа у станции метро “Чертановская” – первый или последний вагон из центра – он подхватит Машу, раскидает врагов и умчится вместе с ней на лихом коне, то есть на своей “Хонде”.
Скорее всего, никакого широкомасштабного наступления не выйдет. Скорее всего, придется придумывать что-то нудное и тягомотное – например, заявить, что он раздумал, что у него появился жгучий интерес к Лизаветиной квартире, и таким образом перевести огонь на себя.
Посмотреть, каковы будут ответные действия. Подумать. Выждать время. Потянуть. Тянуть до тех пор, пока они не догадаются, что шантажировать его Машей Тюриной – раз плюнуть. Как только догадаются, что… Ну, что Маша и он, Архипов… Короче, как только он ее увидел, то сразу решил…
Кажется, он окончательно перенял у Макса Хрусталева способ ясно выражать свои мысли.
Архипов хлебнул остывшего чаю и со стуком поставил чашку на блюдце – рассердился.
– Давай спать, – предложил он своему квартиранту, – завтра рано вставать.
– Зачем?
– Затем, что поедешь со мной на работу.
– За… зачем на работу?
– А вдруг ты все-таки жулик, – поделился сомнениями Владимир Петрович. – Я тебя оставлю, а ты тут что-нибудь украдешь.
– Не жулик я! Сто раз сказано – не жулик!
– Все равно пора спать. Ты знаешь, во сколько кончается программа “Спокойной ночи, малыши”?
Макс моргнул:
– Вы чего? Шутите, да?
– Нет, – отрезал Архипов.
– Пойдем, я дам тебе зубную щетку.
– Чего?
– Регулярная чистка зубов – лучшая профилактика кариеса, – сообщил Архипов. – Пошли.
И еще этот распроклятый труп не давал ему покоя!
Кто его убил? Когда? Зачем?"
"Зачем он пришел, снял пиджачок и уселся? Почему оставил документы в коридоре, а не положил рядом с собой? Почему Макс не упомянул о нем? И раз не упомянул, значит ли это, что Маслов пришел, когда ни Макса, ни Маши не было дома? Макс утверждает, что до тех пор, пока ее не “уволокли” на вокзале, она не отходила от него ни на шаг, но потом был целый день, сегодняшний день, когда он шел к Архипову, а она звонила ему на работу и говорила ненатуральным, бодрым, самоуверенным голосом.
Теперь Архипов совершенно уверен – это не ее голос, а голос ее страха.
Кажется, именно таким он сам разговаривал с врачами в ЦИТО, когда не испытывал ничего, кроме страха.
Как юрист Маслов попал в квартиру? С замками, черт их побери, по-прежнему все в порядке.
