Порождения эпохи мертвых

Туда же он отправил всех бабёнок, а лишних мужиков предусмотрительно послал сторожить базу за периметром.

Сложнее всего пришлось с бабами военных. Они потеряли практически всех своих мужчин. А сами они со страхом ожидали решение своей участи. Толя отдал им один из двух автобусов и с минимумом имущества отправил их в Прогресс. Для них это был наилучший выход. Что ещё может ждать опальные семьи бунтовщиков?

Закончив с отправкой военных семей, Толя смог вернуться к делам хозяйственным, но решение вопросов дальнейшей судьбы контингента их банды не оставляли его и там.

Часть вольнонаёмных захотела стать вольноотпущенниками. Толя распорядился выдать им по одному стволу на рыло. Дать старый уазик и газельку. Оставшиеся вольнонаёмные распределились между Митрохинскими вольными стрелками и командой хозяйственников.

Оставались ещё рабы. Хороший актив, но в его новой жизни Толя, разумеется, обойдётся без рабов, более того – они для него опасны. Толя не стал об этом распространяться. Матросик предложил распределить весь живой товар поровну, но,разумеется, уголовники уже выделили свою половину рабов, собрав экземпляры получше.

Толя для порядка поскандалил, поплакался на бессовестность уголовников, а потом предложил им забирать всех рабов, выторговав для себя всю хозяйственную технику и кое-что ценное из прочего товара. В общем все остались при своём и довольны.

Работа кипела. Люди выкладывались полностью. К трём часам ночи караван был готов. Уголовники увели свою колонну за полтора часа до этого.

Толя-мысли ещё раз обошёл все машины, придирчиво разглядывая как застрапован груз. Забрали далеко не всё. Не хватало людей на машины. Он не решился расформировать экипаж БТР и экипаж замыкающей машины. Они были их основной защитой.

Толя последний раз глянул на оставленное добро и машины. Оставалось ещё много всего. Виолетте должно хватить надолго, если за ум возьмётся. Из транспорта оставили автобус с разобранным двигателем, никчёмный в новую эпоху, прожорливый кадилак, свадебный лимузин также пришлось оставить старый раздолбанный КАМАЗ-фургон из прежней жизни Кощея.

Он раньше возил на нём овощи и прочую сельхозпродукцию, а теперь этот фургон стоял в гараже на почётном месте, напоминая сентиментальному Кощею его прошлую жизнь. Наверное, он должен был напоминать Кощею, насколько он поднялся по сравнению с прошлым. Легковую «Ниву» оставили без сожаления. Старенький башмачок отличался капризностью и постоянными техническими хворями.