Порождения эпохи мертвых

Враг едва успел уйти в сторону, но здоровенная тварь достала его, поджав переднюю лапу и сменив траекторию. Громадный морф упал на землю и его развернуло по инерции, но этого хватило для того, чтобы второй бабуин кубарем покатился под косой грибок захудалой песочницы. Оба захватчика кинулись наутёк. Плюха и толстяк попытались их преследовать, но оба брата-акробата кинулись вверх по стене, цепляясь за балконы и перила. Если Плюха и мог потягаться с ними в ловкости, но Красномордый провожал их немигающим взглядом, поднявшись на задние лапы.

Бывший наркоман не решился преследовать обидчиков без поддержки своего партнёра.

Этот случай наглядно показал, что кроме тупых зомбаков, у морфов есть действительно опасные конкуренты, которые могут сражаться за еду практически на равных с Красномордым и Плюхой. Если у Красномордого было явное преимущество над каждым из бабуинов, то вопрос о том сможет ли он устоять сразу против двоих ловких и быстрых противников опасно веял неопределённостью. Морфы приступили к трапезе только после того, как исчезли оба бандюгана, пытавшиеся отобрать у них законную добычу.

Похоже, что крепость людей привлекла не только Плюху с Красномордым, но и других мутировавших тварей. Теперь стоило быть осторожными. И не только караулить добычу внутри неприступного контура, но и отбиваться от посягательств вот таких вот налётчиков.

Дальше время катилось практически незаметно. Осоловелое солнце скрылось за горизонтом, небо потемнело, на город накатывала очередная непроглядная ночь.

Казалось, что бабуины ушли, но перед самым закатом в соседнем доме с верхних этажей раздались отчаянные вопли. Похоже, что потрёпанные братья бабуины нашли себе прокорм на ужин.

Морфы неутомимо кружили вокруг здания, вооружаясь новыми знаниями и разыскивая пути проникновения. Ночью этим было заниматься намного легче и спокойнее. Их не замечали в темноте. Если люди стреляли, то не прицельно, а больше наугад – по звуку.

Изменения внутри человеческой крепости произошли как-то слишком внезапно.

Сначала раздался непонятный шум, потом выстрелы, а затем что-то взорвалось за въездными воротами. Через некоторое время громкие человеческие крики заполнили ночь аппетитным хором, сулящим много настоящей еды. Внезапно проснувшийся, жестокий голод мощными ледяными уколами подстёгивал мёртвых тварей. Почувствовав дичь, оба морфа поспешили в сторону выезда.

За решетчатыми воротами под въездной аркой сейчас горел фургон, бросая пляшущие отсветы сквозь темноту.