Порождения эпохи мертвых

Воспоминание об упущенной еде вернуло голод, который страшным беспощадным зверем впился в нутро большого морфа. Он был изранен, его покалеченное тело просило пищи. Мощные когти передних лап в бессильной злобе с хрустом и скрежетом впились в асфальт, круша дорожное покрытие в мелкую крошку. Кызя, наверное, заревел бы или заорал от досады, но в сжатых лёгких мёртвого тела не было воздуха.

Голод в одно мгновение отсёк всё лишнее от окружающего мира. Только голод, только еда и способы её добычи. Но было ещё кое-что, пересилившее голод, поднявшееся над его непобедимой сутью.

Это была ненависть, лютая ненависть к тем людям, которые забрали ЕГО ЕДУ. Как они смели?! Они сами были его пищей, и при всём при этом они отобрали его едукак раз в тот момент, когда ему так нужны силы и питание для восстановления. Эти грабители забрали его еду, они хотели его убить, они чуть не уничтожили его!!! Они за это должны поплатиться. Пусть они ответят за это. Они должны ответить, это их долг. Долг, который они должны оплатить сторицей. В глубине его сознания из ненависти начало прорастать новое чувство – желание мстить.

Отыскав внутри организма остатки своего неприкосновенного запаса, он кинул оголтелым клеткам ничтожную подачку, облегчив свою муку. В паре метров от него между машинами лежало дёргающееся тело второго морфа. Мощная пуля КПВТ разнесла вдребезги плоскую голову с неимоверно вытянутыми крокодильими челюстями. Осклизлый огрызок шеи тёк бурой слизью на грязный асфальт.

Кызя несколько раз качнул лёгкими воздух, насыщая организм кислородом и разгоняя обмен веществ.

Сломанные рёбра при этом противно щёлкали. Кызю вскинуло раньше чем он смог осознать почему. Морф развернулся на сладостный запах. Запах свежей еды исходил от сочащегося слизью шеи убитого морфа. Кызя не мог поверить. Откуда это? Почему так?

Вытянутое тело с короткими толстыми лапами и раздутыми в стороны боками пахло едой. Оно было мёртвым, но пахло вкусной свежатиной. Большой морф упал на брюхо и схватил пастью обрубок шеи.

Мёртвая плоть противно горчила, но бурая жижа была насыщена питательным бульоном. В нетерпении Кызя разорвал тело противника на две части. Прямо перед ним упали крупные куски свежей человеческой плоти, как драгоценный дар победителю.

Получается, что конкурент убил и сожрал добычу перед самой встречей с Кызей. Большой морф опомнился, когда все выпотрошенные куски перекочевали в его утробу. Приятная тяжесть теперь распирала живот.