Порожденная грехом. Часть 2

Он всегда говорил, что голодные собаки — лучшие охранники.

Два массивных ротвейлера, набросившиеся на меня, похоже, рассматривали меня, как свою следующую пищу. Я ринулся к первой куче раздавленных машин и начал забираться наверх, пока не достиг вершины. Собаки прыгали, но не могли взобраться. Оглядевшись, я придумал способ добраться до домика, перелезая с одной кучи на другую. Собаки следовали за мной, огрызаясь и рыча. Их шерсть была грязной, а у одной из собак имелся порез на боку, который, похоже, был инфицирован.

Я избавился от своей рубашки, разорвал ее на две части и бросил в другую сторону. Собаки сразу же погнались за ней. Это дало мне несколько секунд. Забравшись на крышу здания, я ухватился за край и опустился, пока мои ноги не оказались на одном уровне с окном. Мышцы кричали в знак протеста.

После нескольких дней недоедания мое тело было не в состоянии для высших спортивных достижений. Стиснув зубы, я оттолкнулся от стены, пытаясь набрать скорость, разбивая окно. Стекло разлетелось на осколки, когда мои ноги врезались в него.

Рычание собаки заставило меня ослабить хватку, и я с размаху влетел в окно. Осколки посыпались на мои голые руки и спину. Зашипев от боли, я упал на пол, на еще большее количество осколков.

Моргнув, я на мгновение поднял глаза на окно. Но головы прыгающих собак, пытающихся забраться ко мне, быстро привели в чувство от изнеможения. Я вскочил на ноги, недолго поколебавшись, прежде чем оглядеться в поисках чего-нибудь, чем можно было бы защититься.

В одном из ящиков стола я нашел пистолет с тремя пулями. Но затем мой взгляд упал на огромный пакет с собачьим кормом. Споткнувшись, я потащил корм к двери. Первая собака запрыгнула в окно и приземлилась на пол с окровавленными лапами. Я пнул собачий корм, чтобы он рассыпался по полу подальше от осколков стекла. Собака оживилась и, не обращая на меня внимания, начала поглощать еду. Бедный зверь.

Я осторожно открыл дверь, и второй ротвейлер ворвался внутрь. Как и его товарищ, собака проигнорировала меня в пользу еды.

Переводя дыхание пару мгновений, я испытывал полуискушение съесть собачьих лакомств. Мое тело кричало о еде. Но я пришел сюда за деньгами. Я начал обыскивать другие ящики, пока не нашёл ржавые ключи от машины, о которых Коди упоминал время от времени. Секретность никогда не была его сильной стороной.

Схватив их, я бросился на улицу к старому Шевроле. Отперев багажник, я вытащил кожаный чемодан и открыл его.