Они не станут искать причину, почему я ставлю свою кьяру выше невесты, им достаточно узнать про мою слабость. Конечно, тебя будут охранять, конечно, я выделю все возможные защитные амулеты и артефакты, но всегда будет вероятность, что кто-то ошибётся. Или кто-то предаст. Амулет разрядится, артефакт перестроится.
— Но я и сама по себе не беззащитна, — возразила Валерия. — В крайнем случае, заклинание переноса я освоила в совершенстве.
— Всегда есть вероятность случая, — возразил император. — Рисковать тобой я не намерен, и это не обсуждается.
— Что же ты предлагаешь? — Лера сама не ожидала, что так легко переёдёт на «ты» и будет чувствовать себя при этом вполне комфортно. Только недавно от злости на его чертейшество кулачки сами сжимались, а сейчас — поди ж ты! — обсуждает с ним совершенно невозможные вещи, будто, так и надо.
— Я предлагаю сделать так, как требует герцог. Временно! — поднял он вверх палец, и Валерия уставилась на него, почему-то отметив, какие красивые у чертейшества руки: сильные, жилистые, с длинными ровными пальцами, небольшой растительностью на предплечьях.
И ногти ровные, не когтями, как она себе навоображала, решив, что попала в местный вариант Преисподней. Ну да, а что она могла подумать, увидев рожки и хвост у Салимы?
— В данный момент воевать с семействами мне не с руки, — продолжал Демис. — В первую очередь, нужно вернуть тебя домой, крайне желательно — в живом и здоровом виде.
— Да, мне бы тоже этого хотелось! — немедленно отреагировала Валерия.
— Когда ты окажешься в безопасности, руки у меня будут развязаны, я смогу навести порядок и среди древних семейств, и в своём дворце.
Переловлю «блох», укорочу кому языки, кому руки, а кому и головы. И после этого смогу пройти по оставленному тобой маяку. Поищу новую имари.
— Новую имари, — эхом повторила за императором Валерия.
Нет, этот вариант её почему-то не очень устраивал.
— То есть жениться на своей Клементине ты больше не собираешься? — поинтересовалась она.
— На Кармелине, — поправил Демис.
— Нет. Её отец слишком многого ждёт от своего нового статуса, я не намерен давать герцогу такие козыри. Потом, он посмел явиться в мой дом с угрозами. Да, признаю, у него есть повод быть недовольным и формально он прав, защищая права дочери, но фактически — он бросил императору вызов. Такое не прощается. Спущу одному, другие решат, что им тоже можно, а проводить жизнь, всё время решая конфликты и без конца указывая зарвавшимся высшим их место, я не собираюсь.
