Портрет Дориана Грея

Внезапно в дверь постучали, и послышался голос лорда Генри:

— Дорогой мой мальчик, я должен тебя увидеть! Впусти же меня скорей! Я не позволю тебе сидеть одному взаперти!

Вначале он не ответил, но стук в дверь становился все громче. Да, лучше впустить лорда Генри и объяснить, что он решил начать новую жизнь, поссориться с ним, если необходимо, и расстаться, если расставание неизбежно. Юноша подскочил, поспешно закрыл картину ширмой и отпер дверь.

— Дориан, мне так жаль! — воскликнул лорд Генри, входя. — Ты не должен думать только об этом.

— Ты имеешь в виду Сибилу Вэйн? — спросил юноша.

— Конечно, — ответил лорд Генри, усаживаясь в кресло и сдергивая желтые перчатки. — С одной стороны, это просто ужасно, но ты не виноват. Скажи-ка, после окончания пьесы ты ходил за кулисы, виделся с ней?

— Я так и думал. Между вами случилась сцена?

— Гарри, сцена вышла отвратительная, совершенно отвратительная. Теперь все в порядке. Я не жалею, что так случилось. Это помогло мне лучше узнать себя.

— Ах, Дориан, я рад, что ты воспринимаешь все так спокойно! Я боялся, что найду тебя изнывающим от чувства вины и рвущим свои прелестные кудри.

— Через все это я уже прошел, — ответил Дориан, качая головой и улыбаясь. — Теперь я совершенно счастлив. Прежде всего я понял, что такое совесть. Это вовсе не то, что говорил ты. Совесть — самое возвышенное, что в нас есть. Гарри, не вздумай насмехаться, по крайней мере, не в моем присутствии. Я не могу допустить, чтобы душа моя стала уродливой!

— Какая прекрасная этическая основа для нравственности, Дориан! Поздравляю.

— Женюсь на Сибиле Вэйн.

— Женишься на Сибиле Вэйн!.. — вскричал лорд Генри, вскакивая и глядя на него в полном изумлении. — Но, дорогой мой Дориан…

— Да, Гарри, я знаю, что ты сейчас скажешь. Что-нибудь отвратительное о браке. Никогда больше не говори мне ничего подобного! Два дня назад я просил Сибилу выйти за меня замуж. Я не намерен брать свои слова обратно. Она станет моей женой.

— Твоей женой! Дориан!.

— Твое письмо? Да, получил. Гарри, я его еще не читал. Я боялся, в нем будет что-нибудь неприятное. Твои парадоксы разносят в пух и в прах всю мою жизнь.

— Стало быть, ты ничего не знаешь?

Лорд Генри прошел через комнату, сел рядом с Дорианом Греем, взял его за руки и крепко их сжал.

— Дориан, — начал он, — в моем письме… не пугайся… говорилось о том, что Сибила Вэйн мертва.