Вон как позиции батареи разворотило гаубицами.
Незавидная ситуация для обороняющихся.
Максим попытался найти хотя бы один пулемет. Но не сумел. Может, он тут и был, да только воронок слишком много…
Убрав бинокль в чехол, он вернулся к автоколонне, забрался на грузовик и начал отдавать распоряжения. Так как Хоботов отбыл к «Форду», второй пулеметный расчет был неполный. Искать замену Максим не стал. Некогда. Просто решил работать из стволов посменно. Пока один обихаживает второй номер, стрелять из другого.
Йозеф тронул грузовик и легонько выкатился, выставляя пулеметы над кромкой холма.
Практически на уровне травы. Максим подождал, пока Хоботов выведет свой «Форд» на позицию и даст отмашку о готовности. Повернулся к немцам. И открыл огонь.
Два станковых пулемета неожиданно ударили с правого фланга в тыл. И это обескуражило немцев. Они замерли в растерянности. Но ненадолго. Это ведь была прекрасно обученная кадровая прусская пехота. Так что прошло совсем немного времени, как ближайший к Максиму батальон развернулся в его сторону[7].
Уже изрядно потрепанный пулеметным огнем, но все еще сохранявший боеспособность.
Бах!
Ударила трехдюймовка шрапнелью, очень удачно причесав немцев, подставивших ей фланг. Судя по тому, как шуровали артиллеристы на своих разгромленных позициях, видимо, нашли где-то в завале еще один выстрел. Так что узкий пучок шрапнели вошел замечательно – продольным огнем выкосив немало солдат противника зараз.
Батальон немцев залег. А пулеметы продолжали стрекотать, пытаясь короткими очередями выстригать немцев.
Что было непросто. Высокая поросль пшеницы была той еще засадой. Совершенно непонятно куда стрелять. Впрочем, для залегших в этой траве немцев ситуация была не лучше. Видимости никакой. Так что стрелять лежа было, конечно, можно. Только куда?
Вот перегрелся первый пулемет «Даймлера». Потом второй. На «Форде» уже возились, меняя воду. Максим скомандовал отъезжать назад и приготовить гранаты. А изрядно поредевшие ряды пруссаков вновь поднялись и пошли в атаку.
Бах!
Снова ударила трехдюймовка, вновь угостившая этот злосчастный батальон продольным прострелом шрапнели. И они дрогнули. Они побежали. Просто потому, что потери достигли психически значимого предела. А следом устремился и остальной полк…
Где-то через пару минут оба грузовика вновь выехали, выставляя пулеметы. Но им особенно и пострелять не удалось – противник уже удалился достаточно далеко. А выскребать «с горизонта» пехоту удел не пулеметов, а артиллерии.
