Времени-то прошло всего ничего…
Тем временем в штабе 1-го корпуса, несмотря на глубокую ночь, кипела жизнь.
Генерал Артамонов смотрел осоловевшими от усталости глазами на стол с бумагами и никак не мог сосредоточиться. Он оперативно переслал в штаб фронта Германа фон Франсуа с его людьми и документами. Так что теперь был вынужден расхлебывать всю эту кашу. Хотя, положа руку на сердце, он из-за этого не переживал. Приятные хлопоты. Во всяком случае – много приятнее пустого оправдания за отступление. Там ведь и под трибунал могли отправить или того хуже…[8]
В целом обстановка теперь выглядела не очень плохо.
Однако Леонида Константиновича волновал вопрос – куда пропал этот контуженый.
– Ваше высокопревосходительство, – произнес адъютант, входя.
– Вы нашли его?
– Нет. Но удалось выяснить, куда он делся.
– Докладывайте.
– После инцидента с интендантской службой поручик собрал своих людей и уехал в ближайший город. Там он продал трофеи еврейской общине и сдал автомобили коменданту.
– Все?
– Нет. Один грузовик он продал общине.
Тот, что согласно рапорту, принадлежал поляку. Еще два грузовых и один легковой автомобиль оставил за собой. Топливо с переданных в комендатуру автомобилей слито.
– Ясно, – нахмурился генерал.
– После завершения дел в городке он куда-то уехал. Но уже вечером его видели на дороге, ведущей к немцам.
– В городе что еще он делал? Кроме посещения комендатуры и торговли с евреями?
– Отряд видели возле отделения банка, на рынке и возле телеграфа.
– Вот неугомонный… – тяжело вздохнув, произнес генерал и потер щепотью пальцев глаза с переносицей.
– Максим Федорович отправил телеграмму генералу Ренненкампфу. Вот текст, – произнес адъютант, доставая из папки листок.
– М-да-а-а-а-а… – только и смог сказать Леонид Константинович, пробежавшись глазами по тексту. Всего несколько строк. А оперативная обстановка на фронте передана очень точно и предельно ясно. Текст сухой, лаконичный, емкий. Но главное то, что этот странный поручик знал больше, чем генерал.
– Ваше высокопревосходительство? – вопросительно произнес адъютант после чрезмерно затянувшейся паузы.
– Жилинский, Самсонов и Ренненкампф запрашивают сведения о том, кто такой Максим и какими силами располагает.
– У него двадцать семь человек, пять пулеметов и три автомобиля, – начал на автомате отвечать адъютант. – Не считая винтовок, пистолетов и ручных гранат.
– Хоть что-то ясно в этом деле, – саркастично отметил генерал. – А вот куда он отправился? И зачем? М-да.
