— Хорошо, — кивнула я без тени улыбки. — Месье ректор нас всех так осчастливил, что они пригодятся. Мне в том числе.
— Да... — кашлянул парень и исподтишка кинул в спину Генриетты скатанный из бумаги шарик.
Та еще ниже склонилась над тетрадью, отказываясь понимать намеки. Пришлось ему самому продолжать, потому что на него, в свою очередь, шикали со всех сторон, мол, ну давай, давай.
— И еще это... маэстрина Монкар... А давайте вы больше не будете серьезной, как три похоронных бюро? Давайте уже прикопаем.
.. некоторых... И все. Можно, как раньше? С этими... мозговыми штурмами, диаграммами связей и вот теми образными штуками, как вы другим курсам по-прежнему даете.
— А все с этим согласны? — спросила я. — Или лишь пара человек, а остальные считают это лишним?
— Все! Маэстрина, мы все за!
Его поддержали со всех сторон возгласами. Тут прогудел сигнал окончания занятия, но никто не шелохнулся, ждали моего ответа.
— Ладно, — не стала я вредничать. — Вернемся к прежней методике. Только от переаттестации это вас не освободит, ее назначила не я, а ректор.
Но могу помочь в кратчайший срок наверстать упущенное за годы, запомнить все и подготовиться. И учтите, проводить ее буду не я. Меня уже поставили в известность, что созовут комиссию, в состав которой войдут независимые эксперты из других учебных заведений. Раз уж вы довели это до официального разбирательства.
В общем, я приняла их капитуляцию и пошла на мировую. А Генриетта задержалась, когда все ушли, и попросила прощения, что нахамила мне тогда.
Ну что ж, человек, умеющий признать свою неправоту, принести извинения и исправиться, достоин уважения. Я ей так и сказала.
«Три похоронных бюро» отправились в бессрочный отпуск.
А маэстрина Мариэлла Монкар заработала репутацию препода, которого лучше не злить. А то огребешь счастья столько, что и не выплывешь.
Артур Гресс с бесконечным любопытством наблюдал за противостоянием Мари и студентов-выпускников. Разумеется, он с самого начала был в курсе случившегося у них разногласия.
Веселился над фразой, что она будет серьезна, как три похоронных бюро.
И не только он. Коллеги делали ставки за спиной у Мариэллы, гадая: кто кого? Усмирит ли молоденькая неопытная преподавательница, сама вчерашняя студентка, целую толпу лоботрясов? Или же ей придется смириться, и это они ее прогнут?
Артур сделал ставку на Мари. Понаблюдав за ней месяц, оценив ее упорство и зная то, чего не видели на ее парах коллеги...
