Она хмуро взглянула на притихшую Татьяну, затем перевела взгляд на бесчувственного Никиту.
— Все в сборе. Как удачно мы заглянули на огонек.
— Вы?! — потрясенно воскликнула Татьяна.
— Удивлена? Думала, ты и дальше будешь безнаказанно совать нос в чужие дела, дуреха? Еще и друзей в это втравила. Неужели ты верила, что я не узнаю о вашем смехотворном расследовании? Ты, Василевский, Эмма и Панкрат! Да-да, о них я тоже все знаю. Решили покопаться в моем прошлом? И напрасно… Никто не смеет портить мне жизнь.
Тем более оборотни… Ты ведь в курсе, что у нас с мохнорылыми очень сложные отношения…
— Ваш бывший возлюбленный Штерн обманул их, — выдохнула Татьяна. — А затем и вовсе начал отлавливать для вашей безумной дочери.
— История с дээнка их альфы… Ты неплохо выполнила домашнюю работу, маленькая тварь. Профессор Штерн совершил немало ошибок, но все это в прошлом.
— Так какой для вас сейчас интерес во всем этом?!
— До чего пытливый ребенок, — осклабился Тень. — Может, заставить ее умолкнуть?
— Пусть спрашивает, — снисходительно усмехнулась Эмилия.
— Ведь она так стремилась узнать правду… Сначала я хотела одного — помочь Штерну излечить нашу дочь. Для этого связалась с «Черным Ковеном» и начала с ними сотрудничать, собирая по всему городу метаморфов. Кого-то мы закрывали в «Геликоне», чтобы не сбежали до поры до времени. Кого-то — в других местах… Вас я пригрела под своим крылом. Но теперь моя дочь мертва… и у меня больше нет стимула помогать черным.
Зато мне известно, что скоро здесь все изменится, и я хочу быть на стороне победителей, а не побежденных.
— Вы — сумасшедшая! — крикнула Татьяна.
Эмилия лишь коротко расхохоталась. Она склонилась над Никитой и похлопала его по щеке. Юный оборотень что-то нечленораздельно промычал, он медленно приходил в себя.
— Так это из-за него весь сыр-бор? Знаете его?
— Это Никита Легостаев, — сдержанно ответила Пестрая Лента. — Мы учимся в одной школе. Учились…
— Где ты была раньше?! — вскинулась Гордуновская.
— Столько времени упущено зря! Мы могли бы схватить его еще тогда, когда он не представлял опасности. Я давным-давно прикончила бы мальчишку, и дело с концом. Но теперь поздно. Придется ждать…
— Чего ждать? — со злобой спросила Татьяна.
— Какая тебе разница? С тобой все решено. Укол «Спящей красавицы» и в интернат!
— Интернат?! «Хрустальный ручей»?! Так вот как вы поступили с Антоном!
— Он тоже совал свой нос куда не следует.
