— Последнее время я постоянно слышал его в своей голове.
— Что изменилось?
— Одна ведьма подарила мне оберег, который не подпускает ко мне призрака.
— Ясно… Но тем не менее мертвяк где-то совсем рядом. Я ощущаю его, — мрачно кивнул Канто и отпустил Никиту. Протянув парню руку, он помог ему подняться. — Дело плохо. Если он так близко…
— Потому я и пришел. Я меняюсь… И боюсь этого. Можно ли как-то это остановить? Мне сказали, что оберег не сможет прятать меня вечно.
— Я лишь старый оборотень. В магии не сведущ, — развел руками Канто.
— Но ты и впрямь стал сильнее. И наконец сделал то, чего я давно от тебя добивался. Отбросил меч и выпустил когти.
— Что? — не понял Никита. — Что значит «добивался»?
— Ты — оборотень, кошачья башка. Навыки владения мечом тебе, конечно, пригодятся, но твое оружие — в первую очередь клыки и когти. Я долго ждал, пока ты сам это поймешь, и сейчас это произошло.
— Погоди… Тогда зачем все эти тренировки?
— Ты стал выносливее и ловчее. А меч — благородное оружие истинного воина.
Умение владеть им никогда не повредит. Но раз уж ты оборотень, отныне мы будем учить тебя сражаться и с помощью своих когтей и клыков.
— После того, как ты лупил меня столько времени?! — возмутился Никита.
— Может, мне это просто нравится, — хихикнул кицунэ. — У тяжелой работы горькие корни, но сладкие плоды. А теперь пойдем, я напою тебя чаем. И мы спокойно поговорим.
Они прошли в комнаты Канто, расположенные в глубине здания. Никита опустился на колени у низенького столика, а кицунэ достал небольшой чайник, чашки, несколько баночек с заваркой и какими-то специями и принялся готовить чай.
Никита поморщился от боли — бока болели.
— Говори, я тебя слушаю, — между делом произнес старик.
— Меня пытались убить серебряной пулей, — выпалил Никита.
— Вот так новости! И кому же ты перешел дорогу?
— Много кому, всех и не вспомню. Но до сих пор никто не охотился на меня с огнестрельным оружием. Скоро страшно будет на улицу выйти.
— Твоя знакомая девица из полиции поможет тебе, я не сомневаюсь.
— Татьяна тоже напугана, как и я. Возможно, мы сунули нос куда не следовало…
— Да вы только этим и занимаетесь, — фыркнул Канто. — Если хочешь, можешь пожить здесь. Моя школа — нейтральная территория. Я никогда не суюсь в чьи-либо разборки, разве что в самых крайних случаях. Это известно и светлым, и темным. Но если кто-то явится сюда с дурными намерениями, пощады не будет никому.
— Я и рад бы, но не могу. Что я скажу родителям? Они же ничего не знают.
