С возвращением придется подождать.
Сидеть взаперти также не входило в планы Павлыша.
Он дожевал бутерброд, выпил кофе, оделся. Оставалось лишь защелкнуть забрало шлема, и он готов покинуть скучный храм. Юноша не появлялся.
В последующие полчаса Павлыш перезарядил камеры, детально ознакомился со своей тюрьмой, пытаясь найти способ связаться с лабораторией, чтобы поторопить или разбудить юношу. Решил было нажимать все кнопки подряд, пока хозяева не прибегут остановить нахала, и лишь природная воспитанность удерживала Павлыша от этого решительного шага.
Наконец, не выдержав, он занес уже ладонь над первым рядом кнопок, как движение на экране заставило ладонь замереть в воздухе.
Мерно шлепая по воде и грязи, к деревне приближались воины, которые кого-то несли. Павлыш пригляделся. Это была Речка. Старший семенил сзади, порой широко разевая пасть, видно, приказывал, подгонял. Деревня молчала, никто не вышел навстречу, не выглянул из хижин.
Рядом, на втором экране, который глядел за пределы долины, мелькнуло что-то черное.
Павлыш кинул взгляд туда. По реке, еле отличаясь от плывущих стволов, неслась длинная долбленая лодка. Люди в ней казались вертикальными черточками. Лодка приближалась. Павлыш увеличил изображение, а сам снова посмотрел на первый экран. Мать Речки метнулась к воинам, вцепилась в шерсть Старшему. Тот рванулся вперед, оскалился, присел, испугался.
Лодка приближалась. У людей в ней были копья.
Старший крикнул что-то. Воин обернулся и занес копье над женщиной.
Лодка разворачивалась, приближалась к обрыву, она шла прямо на камеру.
Павлыш не был уверен, что на носу стоит Жало. Надо было подождать еще несколько минут.
Женщина упала на тропинку, забилась в воде, лужа темнела от ее крови. Воины продолжали свой неторопливый шаг. Старший догнал их. Люди из хижин подходили к лежащей женщине. Молчали.
Лодка приближалась к обрыву.
— Что случилось, Павлыш? Вы решили разрушить лабораторию? Этого еще не хватало. Я готов проклясть день…
Павлыш не мог объяснить себе, почему он выключил второй экран.
Он не хотел, чтобы юноша увидел лодку. Он надеялся, что на носу ее стоит Жало — погибший при наводнении, упрямый Жало.
— Они убили женщину, — сказал Павлыш. — Посмотрите. Это тоже входит в эксперимент?
— Да, прискорбно, — произнес юноша.
Он дал еще большее увеличение, но экран показывал лишь спины, сомкнувшиеся вокруг убитой женщины. Волосатые, согнутые спины.
— Как это случилось?
— Откройте дверь, — попросил Павлыш. — Я не смог.
