Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами

Куда я пойду работать? Кому я нужна? Я понимаю, что у содержанок век недолог, но у меня есть несколько примеров подруг, которые уже изрядно поднадоели своим спонсорам. Страсть остыла, от былой влюблённости не осталось даже следа. Но их папики оказались благородными мужчинами и передали своих поднадоевших подруг своим хорошим друзьям.

– Что значит передали? – не сразу поняла я свою собеседницу.

– В прямом смысле этого слова. Теперь они находятся на содержании других мужчин, которые пылают к ним страстью и щедростью.

Со стороны всё выглядит вполне пристойно. Остывший мужчина знакомит свою содержанку с другом, затем смотрит на часы, говорит, что нужно срочно уехать. А дальше девушка берёт всё в свои руки… На следующий день её бывший спонсор говорит нынешнему, что он не имеет ничего против этих отношений и желает новым влюблённым счастья. Всё вполне пристойно и красиво. Каждый понял, что от него требуется, тем более друзья уже давно заглядывались на девушек своих приятелей.

– И тебя бы тоже устроил такой исход дела?

– Конечно, но об этом можно только мечтать.

Красивая женщина, находящаяся на содержании, – как эстафетная палочка переходит из рук в руки к тому, кто более щедр. Но тот, кто сейчас рядом со мной, вряд ли пойдёт на такой шаг. Он собственник. Считает, что слишком много денег в меня вложил, чтобы отдать кому-то другому. Предпочитает издеваться надо мной в одиночку. Даже как-то пошутил по этому поводу. Сказал, что если я соберусь к другому, то он мне вытащит силиконовую грудь четвёртого размера, которую уговорил меня поставить и оплатил операцию. Мол, кому надо, тот пусть сам тебе ставит, а это его деньги и его силикон.

– Значит, твоё здоровье не в счёт…

После этого печального разговора я очень долго думала о судьбе этой женщины, которая никогда не была самостоятельной единицей, а уже годы является придатком богатого и влиятельного мужчины. Я всё-таки надеялась, что здравый рассудок заставит её взять дочь и уйти в другую жизнь, которая пусть не будет такой сытой, как прошлая, но в ней не будет побоев, унижений, страха и испуганных глаз ребёнка, похожих на глаза затравленного и несчастного зверька.

Но я ошиблась. Я по-прежнему видела свою новую знакомую с теми же ключами от «лексуса», в тёмных больших дорогих очках, за которыми скрывался довольно приличный, замазанный тональным кремом синяк под глазом. Что было дальше с той девушкой, не знаю. Мы больше с ней ни разу не виделась.

Я бы не смогла стать содержанкой, и подобная жизнь не по мне.