Пощадить – погубить, или Игры мужскими судьбами

Как только за ним закрылась дверь, я с надеждой посмотрела на деда и испуганно заговорила:

– Пожалуйста, помогите. Я Владимиру вовсе не любимая девушка. Я – заложница.

– Что значит – заложница? – не сразу понял меня дед.

– Он меня похитил и удерживает здесь силой. Как только вы доберётесь до районного центра, то, пожалуйста, позвоните в милицию и расскажите им обо мне. Когда меня освободят, я обязательно вас отблагодарю.

– Детка, ты лучше выпей, – посоветовал мне дед Семён и подлил коньяка.

– Вы мне не верите? Зря.

Это чистая правда. Владимир меня ограбил, похитил и привёз сюда. Поймите, меня уже ищут. Он больной человек. Я его очень боюсь. Видите, у меня разбита губа. Ночью он меня избил и изнасиловал. У него есть оружие, и он запросто может меня убить. Если вы сообщите о нём в милицию, то этим спасёте мне жизнь.

– Детка, я знаю Володьку много лет. С тех пор как он ещё пацаном был. Я к нему хорошо отношусь. Даже если ты и говоришь правду, то это не моё дело. Я в Володькины дела никогда не лез и не полезу.

Это его личная жизнь, и он делает то, что считает нужным.

Покраснев от возмущения, я собиралась сказать деду, что он просто обязан мне помочь, ведь отказывать в такой ситуации по меньшей мере бесчеловечно. Но я не успела произнести даже слова, как на пороге появился Владимир и протянул деду деньги на продукты.

– Семён, в общем, ты сам, своим взглядом прикинь, что нужно купить. Я тебе вроде всё перечислил. Алин, ты что завтра готовить будешь? – обратился Владимир ко мне.

 – Подумай, что ещё тебе нужно.

– Я?! Готовить?! – Мне показалось, что ещё немного и у меня начнётся истерика. Владимир моментально это почувствовал и постарался выпроводить деда.

– Не обращай на неё внимание. Она немного не в себе.

Когда мужчины вышли на улицу, я налила себе полный бокал коньяка и выпила в гордом одиночестве. Вот так, в одночасье, моё существование потеряло всякий смысл. Ещё совсем недавно я наслаждалась полнотой жизни, работала, кокетничала с мужчинами и ощущала свою женскую востребованность.

Всегда приятно видеть, как мужчины теряют от тебя голову. Я всегда знала себе цену и не позволяла ни одному мужчине собой руководить, пока на моём пути не возник этот придурок, решивший, что теперь я буду стоять у плиты, варить ему щи и лепить пельмени.

Стоило только Владимиру вернуться, как я сразу поняла, что дед Семён проговорился. Выражение лица моего похитителя было таким свирепым, что хотелось где-нибудь спрятаться.