После измены

Вообще-то он и так испорчен…

— Ты не представляешь, как это было неприятно. Итан это так вывернул, будто я… — замолкаю, эмоции давят. Как будто я голая разгуливала перед другом семьи, вот правда!!!

— Прости. Это только я виноват. Я не подумал, что придётся свою жизнь вывернуть наизнанку перед всеми, чтобы официально воспользоваться правом влюбиться заново.

Два последних слова пронзают. Это сильнее целенаправленного удара… И я медленно поднимаю пришибленный взгляд.

— Если тебе станет легче, то мне Итан тоже звонил.

Тяжело сглатываю. И уже боюсь услышать продолжение. Неужели Итан меня очернил перед Йоханом?!"

"Но мужчина молчит. Смотрит на меня долго. Пронзительно. И все же дотягивается до моей руки и переплетает наши пальцы. По очереди целует каждый. И потом просто прижимается губами.

— И… и что тебе Итан наговорил обо мне?

С замиранием сердца ожидаю ответа.

— Оооо, что он мне наговорил, тебе лучше и не знать. Самое безобидное было, это что надо иметь совесть. И что ты не такая. Повздорили мы с ним знатно.

Облегчение волнами накрывает. Я думала, Итан уже распял меня. Как падшую женщину.

— Мне когда Анастасия дверь открыла… — Йохан начинает улыбаться, распространяя веселье, — я думал, она мне нос прищемит, я впервые в подобной ситуации. Сам даже слегка стушевался.

Снова целует мою руку. А я… сжимаю его пальцы в ответ и, чего уж греха таить, чувствую легкую дрожь по позвоночнику.

Мы совершенно чужие люди, мало друг о друге знаем, но отчего-то рядом я чувствую себя защищенно и ничего не боюсь.

— Йохан, это так странно. Я ведь улетаю через неделю.

— Это время мы могли бы провести вместе. Но в любом случае мне его не хватит, чтобы решить глобально. Мне нужно больше…

Двусмысленность последней фразы слишком болезненно отдаётся в груди.

— Немного больше времени, — заканчивает свою мысль.

Мой взгляд прилипает к его губам. Только сейчас пролетает мысль: он красивый. Притягивает, манит. Именно сейчас, когда я так близко, а мужская непоколебимость и уверенность укутывают легкой эйфорией в приглушённом свете.

Это странное чувство. Когда доверяешь авансом. Когда слепо веришь каждому слову, хотя есть тысяча НО. Когда ничего не может быть. А ты все равно ждёшь чего-то неизведанного, реального. И душа замирает, и дыхание останавливается.

Глупое желание коснуться его губ подталкивает осторожно. Так хочется ощутить их твёрдость. И мягкость одновременно. Впитать чуточку непробиваемого спокойствия.