После измены счастье есть (СИ)

Холодная вода остужает не только кожу лица, но и голову. Отфыркиваясь, смахиваю капли с глаз и щек и упираюсь руками в края раковины. Смотрю на свое отражение в зеркале, и сама себе улыбаюсь.

Снимок из ресторана ничего не значит.

Соединенные руки и улыбки мужа и его начальницы – ни о чем еще говорят.

Просто так звезды сошлись, что они неудачно в кадр попали. Всему есть логичное объяснение.

Ну, а Юля… Юля к Николаю никогда тепло не относилась. Всегда с прохладой, в лучшем случае нейтрально. Будто за погибшего брата его ко мне ревновала и до сих пор ревнует.

А у нас с Николаем все хорошо.

Фух…

Самовнушение помогает. Становится легче дышать. А то, что желание ужинать пропадает и не появляется, так это не беда. Старым проживу.

Вернувшись в кухню, запаковываю мясо обратно в пластиковый контейнер, затягиваю пищевой пленкой и решительно убираю в морозилку. Мою нож, доску, протираю стол и забрызганный пол.

Из холодильника вынимаю бутылку шоколадного молока, наполняю высокий стакан и, прихватив его с собой, иду в гостиную.

В квартире стоит непривычная тишина, нарушаемая лишь тихим шорохом моих шагов.

И пиликаньем телефона.

Вытаскиваю из кармана мобильник. Снова Юля?

Нет.

Рыжик, умничка, скидывает сообщение, что она успешно добралась до бабули. Они уже успели и поболтать, обсудить последние новости, и поужинать. Теперь сидят перед телевизором и смотрят стопятьсотую серию очередной мыльной оперы по «Домашнему».

«Умнички, девочки! Люблю вас!» – печатаю ей в ответ и тоже тянусь к пульту.

Не буду сегодня никакими переводами заниматься. Не хочу.

Даже если у друзей Николая снова подгорает.

Включаю телевизор и забираюсь с ногами на диван. Делаю большой глоток молочного коктейля и щелкаю каналы.

«Домашний» точно смотреть не хочу. Нафиг эти картонные страдашки.

Что там еще есть? Новости, спорт, музыка, стрелялки по НТВ, телемагазин, ток-шоу с героиней Ириной Безруковой.

Последнее оставляю. Прибавляю немного звук и проваливаюсь в интервью. Люблю и саму передачу за спокойную подачу и уют, которым она будто бы наполняет душу, и эту актрису.

"Свои печали в моменте становятся совершенно пустяковыми. Дурацкий снимок или гибель единственного сына? Несоизмеримо.

Чтобы перепроверить собственные эмоции снова активирую экран телефона и открываю злосчастное фото. Разглядываю, пока оно перед глазами не начинает расплываться.

Это ресторан, Варя. Не номер в отеле.

И просто рука на руке лежит.