Он дурак, а я выпила целый бокал вина. Наверное, следует держать язык за зубами, как подсказывает Хардин.
– Ты не имеешь права так судить о людях. – Лилиан смотрит на отца, но он только пожимает плечами.
– Ладно-ладно, – бурчит он, отмахиваясь ножом и продолжая жевать стейк. – У меня и в мыслях не было кого-то обидеть.
Его жена смущенно вытирает уголки рта салфеткой.
– Я хочу еще вина, – прошу я Лэндона, и он с улыбкой пододвигает мне полупустой бокал. Я с улыбкой мотаю головой. – Подожду, пока Роберт подойдет к столу.
Но спасибо.
Обвожу ресторан взглядом (и чувствую на себе взгляд Хардина). Я не вижу светлых волос официанта, поэтому наклоняюсь, сама беру бутылку и наливаю себе. Опасаюсь, что Макс сделает замечание по поводу моих манер, но он воздерживается. Хардин мрачно уставился куда-то в пространство, а Лилиан болтает с матерью. В моем мире, в мечтах Хардин сидит рядом со мной, держит руку на моем бедре и наклоняется, чтобы сказать мне очередной грубый комплимент, который заставил бы меня смеяться и краснеть одновременно.
Перед глазами чуть плывет. Я подчищаю свою тарелку и допиваю второй бокал. Лэндон болтает с Кеном и Максом, о спорте разумеется. Я смотрю на скатерть, пытаясь разглядеть в завитках орнамента лица и картинки. Нахожу место, похожее на «Х», и несколько раз обвожу его пальцем. Внезапно я замираю в панике, что он, может быть, заметил, что я делаю. Но Хардин не обращает на меня внимания, его взгляд направлен только на нее.
– Мне нужно подышать свежим воздухом, – сообщаю я Лэндону и встаю.
Стул скрипит по деревянному полу, и Хардин на мгновение отрывается от разговора, но потом делает вид, что ищет стакан с водой, и продолжает разговор со своей новой девушкой.
Глава 39
Тесса"
"Каблуки громко стучат по паркету. Сквозь алкогольный туман я концентрируюсь на задней двери ресторана. Будь мы ближе к дому, я бы уехала прямо сейчас, запаковала вещи для переезда в Сиэтл и жила бы в отеле, пока не нашла квартиру. Я так устала от всего, что исходит от Хардина, мне больно и обидно, и это меня разрушает.
Он ломает меня и знает это. Поэтому так и поступает.
Он же уже говорил: он так делает, потому что это на меня действует.
Когда я толкаю дверь – надеюсь, что там не установлена какая-нибудь сигнализация, – меня окутывает холодный ночной воздух. Он успокаивает, освежает и гораздо приятнее, чем спертый воздух и тягостная неловкость между соседями по столу в этой скучной компании.
