– Он поворачивается ко мне, улыбаясь как можно более дружески.
Хардин автоматически переходит в режим полной паники.
– Что значит «она не может войти внутрь»? Она нужна мне там!
– Я понимаю. Мне очень жаль, но присутствовать могут только члены семьи, – отвечает отец, ведя нас по коридору. – Если она не является свидетелем, то даже тогда будет большой конфликт интересов сторон.
Кен останавливается перед конференц-залом и заявляет:
– А я не могу допустить заинтересованности наблюдателей и необъективности, пока я ректор.
Но ты мой сын, и давай нарушение будет только в этом, ладно?
Я обращаюсь к Хардину:
– Он прав, так будет лучше. Все нормально, – уверяю я.
Он отпускает мою руку и кивает, бросая на отца взгляды, полные яда."
"Кен вздыхает и говорит:
– Хардин, пожалуйста, постарайся произвести самое…
Хардин поднимает руку.
– Хорошо, хорошо, – говорит он и целует меня в лоб.
Все четверо заходят в комнату. Я было хочу попросить Лэндона подождать со мной, но понимаю, что он нужнее Хардину, признает тот это или нет.
Я чувствую себя совершенно бесполезной здесь, вне комнаты, где несколько мрачных мужчин в костюмах будут решать, станет ли Хардин учиться дальше. Но, может, есть один способ, которым я могу помочь…
Я достаю телефон и пишу Зеду.
«Я в административном корпусе, можешь приехать сюда?»
Я смотрю на экран, ожидая ответа, и экран вспыхивает меньше чем через минуту.
«Да, я еду».
«Я буду снаружи», – отправляю я эсэмэску.
Бросив последний взгляд на дверь, выхожу из здания.
Холодно, слишком холодно, чтобы ждать тут, в коротком платье до колен, но у меня нет выбора.
Через некоторое время, когда я уже решаю вернуться внутрь, на стоянку въезжает старый джип Зеда. Он выходит, одетый в черную толстовку и темные джинсы. Ужасаюсь глубоким кровоподтекам на его лице, несмотря на то что видела их только вчера. Он прячет руки в карманы.
– Привет.
– Привет. Спасибо, что встретился со мной.
– Это была моя идея, помнишь? – улыбается он, и я чувствую себя немного менее нерешительной.
Я улыбаюсь в ответ.
– Думаю, ты прав.
– Я хочу поговорить с тобой о том, что ты сказала в больнице, – говорит он, и это именно то, о чем я планировала поговорить.
– Я тоже.
– Тогда начинай первая.
– Стеф сказала, что ты говорил Тристану, что ты выдвинешь обвинения против Хардина. – Я стараюсь не смотреть на его синяк и заплывшие глаза.
– Да, это так.
– Но мне ты сказал, что не будешь выдвигать обвинения.
