– Я не то имела в виду, – быстро бормочу я. Возможно, слишком быстро.
– Уверена?
Я вижу, как черты его лица заостряются. Взгляд становится виноватым.
– А как тогда ты могла знать, что я переживаю, что ты подумаешь об этом, если ты еще об этом не подумала?
– Не надо, – уверенно заявляю я и сокращаю расстояние между нами.
– Не надо что? – спрашивает он.
В эту секунду я могу читать его мысли. Я вижу, как в его памяти оживает все дурное, что он делал.
– Не надо. Не возвращайся к этому.
– Не могу. – Он медленно проводит рукой по лицу, но я чувствую, что он в бешенстве.
– Ты думала об этом? Ты подумала, что я знал про камеры и позволил им смотреть?
– Что? Да нет же! Я бы никогда так не подумала, – искренне отвечаю я. – Я просто связала видео из спортзала с… с тем, что случилось раньше, когда ты это сказал. Я просто вспомнила. Я бы никогда не подумала, что ты снова этим занимаешься.
Я берусь за горловину его черной футболки.
– Я знаю, что ты бы никогда и никому не показал видео со мной.
Смотрю на него не отрываясь, пытаясь заставить мне поверить.
– Если бы кто-то когда-то так поступил с тобой… – Он делает долгую паузу и глубоко вздыхает. – Я не знаю, что бы я с ним сделал. Даже если бы это был Вэнс, – признает он мрачно.
За последние полгода я неплохо изучила характер Хардина.
Встаю на цыпочки и смотрю ему в глаза.
– Этого не случится.
– Однако на прошлой неделе все же едва не случилось что-то ужасное, со Стеф и Дэном.
Его плечи дрожат, и я безуспешно пытаюсь подобрать правильные слова, чтобы вытащить его из тьмы.
– Ничего не случилось.
Даже забавно: я пытаюсь его успокоить, хотя в действительности травму нанесли мне. Мы поменялись ролями, и это явно демонстрирует природу наших отношений – и то, что Хардин склонен винить себя за все, что не может контролировать. Как его мать, как меня. Теперь это ясно.
– Если бы он это сделал…
Всплывают смутные воспоминания о той ночи. Пальцы Дэна поднимаются по моему бедру, а Стеф стаскивает с меня платье…
– Давай не будет обсуждать то, что могло бы произойти, но не произошло.
Я наклоняюсь к Хардину, и он обнимает меня за талию, отгораживая от мира, защищая от плохих воспоминаний и несуществующей угрозы.
– Мы и так об этом почти не говорили, – негодует он.
– Я не хочу. Мы достаточно говорили об этом в доме моей матери. Не так я мечтаю провести свой внеплановый выходной.
Изображаю самую ослепительную улыбку, безнадежно пытаясь сменить направление разговора.
